Поэтому я спокойно посмотрел на неё и произнёс с самой серьёзной интонацией:

— Нет! Это вы подождёте! А я спешу! Меня ждут в медблоке!

— Мы сейчас тебя туда отправим! — угрожающе сказала та девушка, которую назвали Наташа.

На что я ответил:

— Угроза, уважаемая, не лучший способ получить от человека то, что тебе нужно! Учитесь договариваться!

После чего развернулся и, не обращая внимания на девушек, пошёл к друзьям.

И услышал вслед слова Анны Таракановой:

— Я же вам говорила!

Выяснять, чего она там говорила, я не стал. Я просто шёл, не оборачиваясь. И ждал, что они меня догонят. Ну или хотя бы окрикнут.

Но нет. Девушки стояли и молча смотрели мне вслед. Это я увидел, когда аллея повернула, и я смог бросить взгляд в их сторону.

Меня эта встреча очень удивила.

Однако, я выбросил её из головы, едва подошёл к медблоку.

Телохранители Степана по-прежнему стояли под дверью.

Я прошёл внутрь.

Из палаты Степана доносился шум, и я прибавил шагу.

Когда я практически вбежал в палату, то моим глазам предстала следующая картина.

Старший лекарь и медбрат требовали ребят покинуть помещение.

— Это лечебное учреждение! — кричал старший лекарь. — Вы не имеете права тут находиться!

— Тут наш друг, и мы пришли попроведать его, — возражал Глеб.

— Попроведали и уходите! Вы нарушаете тишину! А больному нужен покой! — кипятился в ответ медбрат.

— Лечение ему тоже нужно! — в тон ему кипятился Данила.

— Вы кричите громче нас! — рассудительно вторила Полина.

Все ребята были настроены очень решительно и стояли плечом к плечу. Это было здорово и радовало, однако, я прекрасно понимал, что всё время мы тут находиться не можем. И как только уйдём, эти горе медики могут отыграться на Степане.

И забрать его отсюда было нельзя, потому что лечащие артефакты есть только тут.

Пришлось вмешаться мне.

— Уважаемые! — громко сказал я, выходя на середину палаты и поднимая руки, чтобы привлечь внимание. — Послушайте…

Добившись относительной тишины, я повернулся к медикам.

— Вы правы, больному нужен покой. И поэтому мы сейчас уйдём…

Ребята позади меня тут же загалдели. Но я поднял руку, призывая к тишине.

Все сразу же замолчали, давая мне возможность сказать. И я сказал:

— Мы с ребятами беспокоимся о своём друге! Тем более, что вы, уважаемые лекари, сами дали нам повод для беспокойства. Поэтому просто так уйти мы не можем.

Позади меня раздались одобрительные возгласы. И я снова поднял руку, призывая к тишине.

— Что ты предлагаешь? — спросил седовласый лекарь.

— Разрешите в палате присутствовать телохранителям Степана. И мы тут же развернёмся и покинем медблок. В противном случае мы останемся здесь.