— Видимо, придётся наказать тех кураторов, кто не донёс до студентов необходимость соблюдать правила нашей академии. Как вы считаете, Филипп Филиппович?
Профессор Преображенский сдулся. Видимо, он был одним из тех кураторов, кто должен был донести до студентов правила. Но в том, что ему на этих самых студентов глубоко пофиг, я понял ещё на его лекции. Может, хоть ректор его достанет…
— Я думаю, мы можем идти, — поднимаясь со своего места, предложила Варвара Степановна. — Мальчик устал, ему требуется отдых. Он и так перенёс такое потрясение, а тут ещё мы с допросом…
— Да, вы правы, пойдёмте! — поддержал её ректор.
Профессор Преображенский и дознаватель с большой неохотой пошли следом.
То, что профессор хочет меня уничтожить, это я понял. И даже могу предположить почему. А вот откуда неприязнь у дознавателя, мне было непонятно.
Однако Варвара Степановна была права — я действительно устал до чёртиков. Внутри всё дрожало от напряжения. И едва за комиссией закрылась дверь, я тут же повалился на подушку.
А рядом разлёгся Шаман. Пришлось даже немного подвинуть рыжую морду, а то улёгся чуть не на голову мне.
Мо Сянь помог мне укрыться и сказал:
— Отдыхайте, молодой господин!
— Мо Сянь, — сказал я, закрывая глаза. — Спасибо тебе!
Я ведь прекрасно понимал, что отпустили меня только потому, что Мо Сянь пообещал обучать студентов фехтованию на мечах.
— Я же говорил, что всё сделаю для вашей безопасности, — ответил Мо Сянь.
И я почувствовал запах разгорающегося огня — опять Мо Сянь разжёг свою миниатюрную печку.
— Что ты хочешь делать? — спросил я, по-прежнему не открывая глаз.
— Приготовлю отвар. Вам нужно восстановить силы после допроса, — ответил Мо Сянь.
— Да уж, — усмехнулся я. — Вымотался до чёртиков!
А потом задумался, прокручивая в памяти весь наш разговор. Вспоминая слова, интонации, жесты. И понял, что без согласия Мо Сяня меня наверняка признали бы виновным. И думаю в этом случае меня ничего хорошего не ждало бы.
Мало того, согласие Мо Сяня только отсрочило приговор. Потому что и профессор Преображенский, и дознаватель явно были связаны с родными убитых мною представителей рода Волковых. А значит, вопрос моей виновности или невиновности для них и не вопрос вовсе. Как там в басне Крылова? «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать…»
Ну, собственно, я знал на что иду.
Глава 24
— Я подвёл тебя, Мо Сянь, — сказал я китайцу, принимая у него чашку с отваром.
— Нет, молодой господин! — возразил Мо Сянь. — Это я подвёл вас. Я должен был быть рядом. Поэтому я должен был взять ответственность за происшествие.