Думаю, можно пообщаться с Вороновой. Герцогиня не станет влезать в мелкие дрязги, но сведёт меня с теми, кто отвечает за экономическое развитие Эфы. Если повезёт, смогу выяснить, чем так примечателен Бестужев. Чую, непростой это мужик, раз позволяет себе бросать вызов интересам Великого Дома.

Закончив с докладом Алисы, я обзвонил своих поставщиков и переговорил с ними по поводу нового способа упаковки еды. Пообещал, что агрегаты будут установлены за мой счёт, а первые продукты будут упаковываться только в рамках программы доставки. Если же нареканий со стороны покупателей и санитарных служб не возникнет, мы начнём упаковывать всё подряд, и с этого я поимею определённые дивиденды. Уладив этот вопрос, я спустился к Джан и дал ей зелёный свет на заключение сделки с Бахрушевым.

День мог бы завершиться совсем неплохо, если бы не одно «но».

Мне объявили войну.

* * *

Курьер был обычным.

Не умеющим телепортироваться.

Приехал на простой легковушке — округлой такой, смахивающей на «Фольксваген Жук». Со скучающим видом вручил мне конверт под роспись и удалился. В конверте обнаружилось извещение. Род Дранько объявлял мне войну за «тяжкое оскорбление», нанесённое их младшему сыну.

Я хмыкнул.

По логике благородных аристо за оскорбление следовал вызов на дуэль. Которую Александр, вне всяких сомнений, позорно бы проиграл. Вендетту мне тоже объявить не могли, поскольку я никого не убил. Оставалось единственное решение — война. Думаю, навели справки и узнали, что Род молодой, титул получен буквально вчера, гвардии толком нет. Я подразумеваю внушительную гвардию, которая наводила бы ужас своей численностью и оснащением.

Что ж, вендетту я пережил, и не одну.

А вот война — это новый бесценный опыт.

Швырнув извещение в ящик письменного стола, я отправился к Феде. По дороге обратился к домоморфу:

— Бродяга, ты меня слышишь?

— Конечно.

Не могу избавиться от привычки задавать этот идиотский вопрос.

— Загляни в нашу библиотеку. Я хочу знать адрес родовой усадьбы Дранько.

Бродяга поспешил уточнить:

— В Фазисе несколько семей носит такую фамилию. Фермеры, торговцы приправами и аристократический Род, входящий в состав Дома Эфы.

Я вздохнул.

— Камрад, я же говорю — «родовая усадьба». Мне нужны аристократы.

Домоморф тут же озвучил несколько адресов, включая загородные особняки. Обладая этим знанием, я поднялся на третий этаж и постучал в дверь Феди.

— Открыто, — буркнул толстяк, отвлекаясь от журнала «Смешные рисунки». — Чего у тебя?

— Нам объявили войну, — честно отвечаю оружейнику.

И приближаюсь к панорамному окну.