Вот к предложению и награда добавилась.

— Я вернусь в армию? — уточнил Иващенко.

— Вернетесь, Ростислав Владимирович,— подтвердил цесаревич. — Не сразу, конечно, а после того, как обзаведетесь наследником. И, разумеется, вам необходимо будет получить соответствующее образование. Простите за прямоту, но пока что вы на большее, чем оперативник, рассчитывать не можете. А Русскому царству потребуется сведущий человек на должности. Вы начали военную карьеру, можно сказать, не самым стандартным путем, однако побывали и офицером, и солдатом. Этот опыт вам пригодится. Итак, Ростислав Владимирович, как считаете, достойное дело я предлагаю?

Боярин улыбнулся.

— Достойное, Игорь Михайлович.

— В таком случае учитесь. Опыт опричника вам тоже зачтется. И пригодится, когда начнете работать в Министерстве. А теперь я вас покину. Если кто-то будет интересоваться, о чем мы говорили, можете отвечать честно: цесаревич предложил вам свою дружбу.

Иващенко кивнул, глядя, как Игорь Михайлович отключает глушилку.

Несмотря на то, что цесаревич отбыл сразу, боярин еще добрых полчаса оставался на парковке и обдумывал разговор.

Игорь Михайлович знал, что предложить. Иващенко сроднился со службой в армии, и получить звание ему было приятнее, чем даже стать боярином.

Не лежала душа у Ростислава Владимировича Иващенко к гражданской жизни. И в обществе благородных людей он не чувствовал себя на своем месте.

Если бы цесаревич не сказал про дальнейшую карьеру, его пожелание Иващенко все равно исполнил бы. Но его преследовало бы чувство, что от него избавились.

А так можно и супругу подобрать, и связями в обществе обрасти. Ведь впереди ждала родная армия.

Иващенко завел двигатель, и машина рванула с места, быстро набирая скорость.

* * *

Красноярское княжество, город Енисейск .Князь Романов Дмитрий Алексеевич .

— Доброе утро, Петр Васильевич, — первым поздоровался я, протягивая своему бывшему старосте ладонь.

— Утро доброе, Дмитрий Алексеевич, — сказал тот, отвечая на рукопожатие.

Енисейский порт, один из главных в Красноярском княжестве, был забит судами, собранными на верфях Орловых, и пришло время их принимать. Возвышающиеся чуть в стороне от городской застройки склады перекрывали горизонт, там мельтешили сотрудники порта, шумела техника, рассекая по территории с грузами.

— Как мы и договаривались, Дмитрий Алексеевич, — заговорил Орлов, указывая рукой на стоящие чуть в стороне от зоны выгрузки суда. — Двенадцать сухогрузов серии «Волжанин» в специальной модификации по вашему запросу.

Мы пошли в направлении кораблей, а Петр Васильевич продолжил рассказывать об их характеристиках. Справились с заказом верфи настолько быстро по той причине, что «Волжанин» уже использовался на других судоходных реках Русского царства и даже экспортировался. Их можно было встретить как в Балтийском, так и в Средиземном море под флагами других стран.