— Я всегда готов, государь, — кивнул я. — Когда начнем?
Царь поднялся из-за стола и дал знак Игорю Михайловичу.
— Да вот сейчас и пойдем, — сообщил он. — Больше тянуть нет смысла, да и я уже все обдумал. Так что допрос проведешь ты, Игорь будет слушать, а я подсказывать вопросы.
— Как пожелаешь, государь, — ответил я.
Глава 11
Бывшей царице выделили совсем не такие апартаменты в казематах, которые доставались обычным пленникам государя. Здесь имелись не только отдельная спальня и приличная ванная, но и подобающий благородной пленнице гардероб.
Так что встречала нас Юлия Александровна во всей красе. Успела и волосы уложить, и одеться согласно своему прошлому статусу. Действительно, не в монашескую рясу же ей рядиться?
Михаил II взглянул на бывшую супругу равнодушно. При виде меня наша биологическая мать улыбнулась, а переведя взгляд на Игоря Михайловича, заговорила:
— Поздравляю, сынок, ты высоко поднялся, — сказала она, глядя на цесаревича. — Всегда приятно видеть, как твои дети добиваются успеха. Такие вы у меня замечательные.
Царь хмыкнул, а Игорь Михайлович ответил:
— Я, конечно, благодарен за похвалу, однако должен заметить, что мои успехи — моя заслуга, — без каких-либо эмоций в голосе произнес он. — Впредь прошу вас не делать двусмысленных намеков, как будто вы имеете право именоваться моей матушкой. Такое право есть лишь у Евгении Семеновны Стремневой.
Но Юлия Александровна не была бы собой, если бы не продолжила играть с огнем.
— Поэтому я и выбрала ее в качестве твоей суррогатной матери, Игорь, — с улыбкой объявила она.
— Хватит, — отрезал Михаил II, прерывая диалог. — Ты больше не царица, и ей не станешь. А цесаревич прав — ты официально погибла при пожаре Иоанно-Предтеченского монастыря. Так что не думай, что тебе удастся вернуться к жизни, будто ничего и не было. Ты пыталась меня убить там и ответишь за свои дела.
Но Юлия Александровна не растерялась. Лишь головой тряхнула, глядя на супруга с победной улыбкой.
— Ты был слабаком, который не решался сделать то, что было должно, — сообщила бывшая государыня. — Боялся показать своего настоящего сына, признать детей и раздать им должности, чтобы закрепить за своим родом Милославских всю власть в Русском царстве. А смотри-ка, стоило мне умереть, как ты тут же бросился делать ровно то, чего хотела я.
Царь вместо ответа кивнул мне.
— Начинай, Дмитрий.
И не успела Юлия Александровна повернуть голову в мою сторону, а я уже воспользовался своим даром. Сопротивления моя биологическая мать никакого не оказывала даже символически, вместо этого мне показалось, что она, наоборот, приглашает меня к действию.