* * *

Москва. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .

Самолет прибыл вовремя, никаких проблем и атак, спокойно сели, перелетели, и вот мы уже в столице Русского царства сходим по трапу.

Приветствовали нас без помпы, но двадцать машин, забитых опричниками, выделили. И это кроме автомобилей сразу двух родов, прибывших лично ко мне.

Гербы Демидовых и Романовых сияли на солнце. Дед и отец вышли встретить меня, когда я показался из салона самолета.

— С возвращением, Дмитрий! — обнял меня князь Казанский и тут же отступил, давая возможность и деду меня поприветствовать.

— Я знал, что с тобой все будет в порядке, — проговорил помолодевший Руслан Александрович. — Демидовская кровь!

Я улыбнулся им обоим.

— Князья, рад видеть вас в добром здравии, — сказал я. — Надеюсь, государь даст мне время привести себя в порядок, прежде чем призвать пред свои очи?

В это время мимо нас опричники провели «Стража», в котором до сих пор была заперта Юлия Александровна.

Перед тем, как отправиться в аэропорт, я позволил ей привести себя в порядок. Естественно, без свидетелей. Так что хотя бы физически чувствовала себя бывшая царица вполне сносно.

Отец с дедом проводили ее взглядами. Но если отец глядел невозмутимо, то Демидов — с гордостью.

— Твоих гвардейцев видел весь мир, — сообщил мне дед. — Уверен, теперь многие захотят их купить…

Алексей Александрович покосился на него с неодобрением, однако промолчал.

— «Стражи» не продаются, Руслан Александрович, — усмехнулся я. — Мы их даже в царскую армию не поставляем, так что на сторону торговать ими я точно не стану. Может быть, когда у нас появятся доспехи на пять поколений совершеннее, об этом и можно будет подумать. Сейчас я категорически против.

Я не стал говорить о том, что продавать своих передовых роботов было бы опрометчиво в нынешней обстановке. В то, что кайзер Германского рейха, тоже претендующего за место самой технологичной страны мира, выполнит условия ультиматума, я не верил.

Вильгельм фон Бисмарк умел принимать жесткие и непопулярные решения. И тот факт, что в нападении замешана оппозиция кайзера, вроде бы должен позволить немецкому монарху согласиться. Однако это приведет к потере репутации — ведь правитель фактически отдаст своих подданных на расправу другому монарху. И, как показывает практика, человеческий фактор всегда слишком сильно влияет даже на таких высокопоставленных людей, как верховные правители.

— Едем в Кремль, — вернул нас к моему вопросу князь Романов. — Приведешь себя в порядок, и сразу пройдем к государю. Он уже ждет вас всех.