Наконец, запись окончилась, и великий князь Московский перевел взгляд на царя.

Михаил II вновь повернул ноутбук к себе и, откликнувшись на спинку кресла, произнес:

— Ты, Емеля, нарушил законы Русского царства. Убил моего человека. И по правде, должен уже гнить в земле, — говорил он совершенно спокойно, даже не прибегая к ауре власти. — Однако ты все еще жив. Знаешь почему?

Тот покачал головой.

— Возможно, потому что доказал, что живой могу быть намного полезнее? — предположил великий князь Московский.

Михаил II скупо улыбнулся.

— И снова зришь в корень, Емеля. Ты и без «Оракула» умудрился на каждого Рюриковича собрать подробное досье со всеми его прегрешениями, — царь хмыкнул. — Я посмотрел твои документы, те, что ты так жаждал мне передать. И мои люди все это время искали опровержения или подтверждения твоим записям.

Емельян Сергеевич молча слушал государя, не спеша делать новых обнадеживающих предположений. Будучи сильным человеком, он уже смирился со своей участью. И не хотел бы сейчас так сладко обмануться, рассчитывая на снисхождение, и уж тем более помилование.

— Я годы на это потратил, государь, — произнес он, когда Михаил II замолчал.

Царь несколько секунд смотрел на своего собеседника.

— Я хочу сделать тебе предложение, Емельян Сергеевич, — произнес он. — Ты волен отказаться. Полагаю, ты понимаешь, что с того момента, как ниточка следствия привела ЦСБ к тебе в особняк, твоя жизнь целиком в моих руках?

— Понимаю, государь.

— У меня освободилось место куратора Царской Службы Безопасности, — объявил Михаил II. — И так как ты на деле доказал, что четко понимаешь, как нужно действовать, чтобы обвести мою службу вокруг пальца, обладаешь навыками работы с секретами, а кроме того, имеешь связи и опыт их применения, я предлагаю тебе эту должность.

Первые несколько секунд Емельян Сергеевич даже не дышал.

— Условия, государь?

Тот улыбнулся, но эта улыбка Невского не обманула. Перед ним пока что только пряник.

— Условие будет очень простым, Емеля. Если ты допустишь малейшую ошибку, я вырежу весь твой род с корнем. Это условие останется неизменным, так что хорошо подумай, готов ли ты жизнь свою и своего рода положить на весы. Если же будешь служить мне верой и правдой, твой наследник станет следующим губернатором Московским.

Невский облизнул пересохшие губы. О такой удаче он и мечтать не мог.

— А кто тогда станет первым? — все же решился спросить он.

Михаил II улыбнулся. На этот раз мягко.

— Если ты откажешься, я посажу в кресло Мишу Соколова. А если согласишься — ты и будешь первым губернатором Московским, Емеля.