— Помню я тебя, с Карло сцепился… Говорят, он пропал, — он ткнул копьё древком в землю, мне в глаза упёрся цепкий взгляд.

Я промолчал, стараясь вести себя нейтрально, не выдать языком тела.

— Дерьмовый он человечек! Если пропал, значит, Тернис к себе в чертоги уволок, туда ему и дорога! Меня Дарко зовут… Проходи, Антуан, добрым людям мы рады, — я кивнул и пошёл дальше.

Тут мне в голову пришло, что этот Дарко может быть одним их охотников, он должен много чего знать. Я обернулся, а дорога за спиной оказалась пуста, только насекомые жужжат, да травка на обочине от ветра колышется. Я был уверен, что стражник где-то здесь, спрятался ото всех под хитрой руной, но беспокоить уже не хотелось, может быть потом.

У дома старосты, мне попался Гремос, его сын, он как раз шёл к дому.

— Здравствуй, Антуан! — поприветствовал он. — Рад видеть тебя живым и здоровым… Это у тебя от пепельной хвори следы? — он махнул головой, глядя мне в лицо.

— Здравствуй Гремос! Не знаю от чего, отлёживался три дня, весь в чёрной саже был, — скрывать особо не за чем, мало ли с кем я мог сцепиться?

— Это боевая руна, Антуан! Тот, кто её применил, хотел тебя убить, — по лицу было видно, что сын старосты хотел сказать нечто весомое, но сказал другое. — Тебе повезло, Антуан, либо отвары у тебя хорошие есть! Проходи в дом, отец с домовой книгой работает.

В доме пахло едой, мясо с приправами, я уловил запах лука и, кажется, картошки. Здесь не едой пахло, а скорее домом. Я просто соскучился по домашней еде — живот это подтвердил радостным урчанием.

Грегос сидел за тем же столом и что-то чиркал в открытой здоровенной книге. Такой, наверное, и убить можно, если по голове стукнуть. Я присмотрелся к ручке, назвал её так по привычке, на самом деле предмет выглядел как обрубок тонкой ветки.

— Здравствуй, Антуан! Устраивайся за столом, ты вовремя, к обеду, — староста не стал подниматься, лишь захлопнул книженцию и сдвинул её в сторону.

— Здравствуй, Грегос! Проходил мимо селения, решил зайти, — староста на это рассмеялся.

— Ты говоришь как торговец, Антуан! А торговля — это не война, торговля — это процветание! Вижу, повоевать тебе пришлось, — сменил направление разговора Грегос. — Неужто на чёрное болото ходил?

— Ходил да не дошёл, в чёрном лесу задержался, а там птички и здоровенные пауки.

Староста смотрел на меня и, похоже, чего-то не понимал.

— Про плетунов ты правильно сказал, на пауков наших похожи. А птички… крикуны, что ли?

— Наверное, да, они не представлялись, похожи на уродливых уток, будто из… инферно сбежали, — Грегос опять рассмеялся.