— Посидите пока здесь, — велел Жека, обращаясь к Графину и охранникам. — Я сам там разберусь.

Трефилов, парень лет 25, одетый в чистую синюю робу, сидел за столом в вагончике, развернув чертёж, и с двумя мужиками из работяг решал какую-то производственную задачу. Мужики на повышенных тонах доказывали ему, что не получится так сделать, надо делать по-другому. Трефилов не соглашался, указывая на то, что нужно делать всё по проекту.

— Да как по проекту??? — возразил один из работяг. — Это переделывать всё придётся по новой. Ещё пару дней на этом потеряем.

— Если не переделаем, немцы у нас не примут такую работу! — уверенно возразил Трефилов. — И что дальше будешь делать? А если потом государственная приёмка не примет это? Росгортехнадзор? На переделку недели уйдут. Не, мужики, так дело не пойдёт. Надо делать всё сразу, со стопроцентной надёжностью, на года. Приступайте к работе, не злите меня.

Мужики, явно недовольные, надели каски, лежавшие на полу, и вышли из вагончика, искоса посмотрев на кента в дорогом костюме и начищенных туфлях, с чёрными очками и в шляпе.

Трефилов, увидев Жеку в таком прикиде, обрадовался.

— Какие люди в Голливуде, — рассмеялся Трефилов. — Давненько тебя тут не было, Евгений Александрович. Чай будешь?

— А давай! — махнул рукой Жека. — Жарко что-то сегодня. Треснем по жаре горячим чаем.

— Жарко, — согласился начальник участка, включая белый чайник на столе. — А ты ещё в таком плотном костюме.

— Куда деваться, Сергей Константинович, — усмехнулся Жека. — Дресс-код долбаный. Это обычному человеку хорошо — надел шлёпки на босу ногу, шорты, майку и почапал куда хочешь по жаре. А нашему брату, бизнесмену, днями приходится в брюках, в туфлях и пиджаке мучиться. Жара не жара — будь добр соответствовать.

— С чем пожаловал? — поинтересовался Трефилов, подавая Жеки чашку с чаем и пододвигая пачку печеньев.

— Открою я тебе подробности кое-какие, — сказал Жека, осторожно пробуя чай. — Управленцы твоего уровня должны это знать. Завтра состоится общее собрание акционеров металлургического комбината. Это первое собрание после приватизации на этом предприятии, на котором должны принять все документы нового предприятия. То есть, все акционеры, которые покупали акции комбината в ходе приватизации, за ваучеры или за деньги, сейчас будут участвовать в этом собрании. Естественно, у кого акций мало, меньше 1 процента, в собрании очно принимать участие не будут. Они просто зарегистрировали в журнале своё право на собственность комбината и на дивиденды. Правом голоса будут обладать только те, у кого 1 процент акций и больше.