Жека задумался. Название должно быть броским и запоминающимся. Таким, по которому сразу можно было, едва услышав его, понять, что речь идёт именно об этой компании. Выбор названия стал первым камнем преткновения среди акционеров. Так как собравшихся поставили сразу перед фактом о выборе названия, они к этому вопросу были не готовы и сразу же разгорелись жаркие споры. Кто-то предлагал совсем фантастические названия, чуть ли не типа Вейланд-Ютани Corporation из фильма «Чужие», кто-то, наоборот, скатывался в лубок, желая включить в названия слова «империя», «Русь», «отечество» и так далее. Увидев, что консенсуса не предвидится, Жека взял слово.

— Название должно быть солидным и сразу напоминать о нашей компании, о том, что она находится именно в нашем городе! — решительно заявил он. — Металлопрокат будет торговаться на бирже, где смотрят не только на цену, а иногда и на название фирмы. Шутовское, фиглярское, косорыло выглядящее название для зарубежного покупателя будет большим минус-фактором в выборе продукции этого завода. Так устроены люди. При одинаковой или почти одинаковой цене человек купит товар той фирмы, которая нравится ему по названию.

Тут разгорелся большой спор, но Жека не стал в нём участвовать, сказав лишь, что на биржевых сделках он пуд соли съел и знает, о чём говорит. Если кто-то сможет доказать, что торговал более успешно и заработал больше, чем он, то ради бога, Жека охотно прислушается к словам этого человека. Таких не нашлось.

В конце концов пришли что к единому консенсусу, что новая фирма должна называться открытое акционерное общество «Н-ский металлургический комбинат». Ясно и понятно. Сокращённо ОАО НМК. Вот и всё, это уже была солидная аббревиатура, с которой можно было работать, и продукция которой могла успешно продаваться.

— Хорошо, с названием определились. Теперь обсудим основной, и самый главный вопрос — принятие устава нашего акционерного общества, — напомнил Полосухин. — Сейчас я вам раздам, господа, предварительный проект устава, внимательно прочитайте его, выскажите свои замечания и вынесем проект на голосование. Голосование у нас непрямое, подчёркиваю, непрямое. Зависит от количества принадлежащих акций.

— Как это? — недоверчиво спросил один из аукционеров, молодой мужик в сером костюме.

— Многие акционеры не зарегистрировались на собрании, — напомнил Полосухин. — Мелкие акционеры, те, кто приходил регистрировать принадлежащие им акции, отдали свои голоса нынешней управляющей компании. Сейчас она обладает пакетом в 22 процента акций. Господин Соловьёв владеет 28 процентами акций, и у вас, насколько я знаю, по 1–2 процента акций. Всего будет участвовать в голосовании 60 процентов акций. Нас больше половины, и по закону все решения будут считаться принятыми.