— Я представитель компании «Альфа-Капитал», Иван Иванович Иванов, — быстро сказал мужик. — У нас есть к вам деловое предложение. Начну сразу. Мы хотим купить у вас ваш пакет акций. Готовы выслушать вашу цену.

— Лишнего мне не надо, — помолчав, сказал Жека. — За 28 процентов акций комбината я хотел бы 100 миллионов долларов. Я считаю это адекватной ценой за градообразующее предприятие с большим потенциалом.

Больше Жека ничего не стал говорить. Хотя мог бы сказать многое, о том, что это градообразующее предприятие, которое власти никогда не посмеют закрыть, несмотря на то, что построено оно при царе Горохе. Иначе 35 тысяч человек окажутся на улице и в городе настанет финансовая катастрофа. Мог бы сказать о том, что рано или поздно машина непрерывного литья заготовки будет построена и предприятие выйдет на зарубежные рынки, расширив рынок сбыта. Начнёт продавать сталь для зарубежного крупного машиностроения и судостроения. Но ничего не стал говорить — все всё знали и так.

Сам он будущее завода видел конкретно. И оно было хорошим. Но опять же, заводом надо заниматься постоянно, нужно тратить на это время. Жить здесь. В конце концов, нужно за него постоянно биться с кем-то. Жека предполагал и даже почти видел, что если он оставит комбинат себе, то всю оставшуюся жизнь будет, как утлое судёнышко, лавировать между московской мафией и местной властью, уворачиваясь от пуль, летящих оттуда и отсюда. И закончится всё рано или поздно одним: могилой или тюрьмой. Оно это надо ли? Сбросить чемодан без ручки и спать спокойно.

Похоже, предложенная цена устроила того, кто ему звонил. У этих людей были деньги. Они уже прибрали к рукам почти всё советское наследие.

— Мы согласны, — сказал мужик. — Завтра на любой бирже выложите акции именным фьючерсом на нашу фирму. Деньги будут переведены на ваш счёт именно в таком количестве, 100 миллионов долларов.

— Ладно, удачного вечера, — пожал плечами Жека и положил трубку.

Взяв сигарету, размял, в задумчивости вышел на балкон полюбоваться тёплым летним вечером на районе, и как будто ангел-хранитель дёрнул посмотреть на девятиэтажку напротив. В чердачном окне что-то блеснуло. «Оптика на снайперке», — молнией мелькнула мысль. Точняк!

Сразу же пригнулся, и через долю секунды разбилось стекло на балконной двери: пуля прилетела бесшумно. Стреляли из винтовки с глушителем. Скорей всего, шмаляли из «Винтореза», который так любил Жека. Вот и к нему пришли, по его душу. Как только уберёгся… Но, впрочем, ещё ничего не закончено…

Следом выстрелили ещё пару раз, было слышно, как внутри квартиры пули щёлкают о бетонные стены, пролетая через осыпавшееся стекло. Четвёртый раз стрелок взял чуть ниже и попал в оцинкованный отвес, прямо над головой. Чуть ли не ползком Жека пробрался в квартиру, быстро схватил из-под кровати кривой кавказский нож в кожаных ножнах и, как был, в спортивных штанах, майке и босиком, побежал на улицу. Даже дверь не закрыл: счёт шёл на секунды. Всё-таки надеялся поймать стрелка, дом был недалеко, всего в 50 метрах. Конечно, если это профессионал, наверняка он сразу же бросил оружие и смотался, увидев, что покушение не получилось.