— Прошу, прошу, — подбежавший худой старичок в цветастой рубашке отвёл нас на свои места на заднем ряду. Это был Грэг, мой троюродный родственник, работавший хранителем зала. — Дамы и господа, заранее извиняюсь за слабую гравитацию, хватило только на половину «же». Если хотите, можете сделать больше сами.

Я кивнул и окинул взглядом зал. За столом расположилось шестьдесят персон, не больше, поровну мужчин и женщин. Игоря Первого с Полиной я не заметил, чему нисколько не удивился. В последний раз я, как и многие, видел своего прародителя сорок лет назад. Самым старшим в зале оказался его сын, отец Криштиана — Макс Первый. Второе поколение.

Нам выдали пароли от каналов бителепатии. Совещания проводили молча, чтобы исключить риск простой технической прослушки.

— Начнём, коллеги, — сказал Макс. — На повестке дня три вопроса. Как вы могли догадаться, уже озвученный вопрос про пропажи людей — не самый главный. Во-первых, мы теряем кадры. Нас покинуло трое из пятого поколения, включая двух руководителей групп. И ещё двенадцать их подчинённых. Специалисты по аборигенным расам. Официально они перешли работать на Скрадо, но, скорее всего, это Гмон-ян или Айпоида, как наиболее развитые и перспективные. Всем руководителям групп просьба провести внутренние проверки и докладывать в отдел безопасности о всех возможных сомнениях сотрудников.

Начались небольшие прения. Особенно разошёлся руководитель Департамента Климата, долго рассказывая о том, как мало у него ресурсов и как плохо удаётся уладить споры с соседями. Двое начальников заявили о том, что их подчинённые не появлялись и не выходили на связь последние пару месяцев. Начали поступать предложения о том, как сохранить коллектив — увеличить квоты для молодых специалистов (что под силу было сделать лишь Игорю и Полине Первым), увеличить отпуска до шести лет, проводить обновления организма не за счёт своей квоты, а с помощью специальных отделов и так далее.

— Это всё ерунда, — сказал Макс. — Если кто-то захочет уйти и унести все наши секреты в другие Дворцы, мы не в силах будем помешать ему. В конечном счёте, мы не тайная масонская ложа, мы не секта, мы корпорация по развитию, и законы рынка труда тут действуют точно так же, как и у людей.

Родившийся ещё на Земле, он любил старинные словечки из двадцать первого века — рынок труда, корпорация, масонская ложа. Думаю, не все присутствующие понимали его, но я понял суть сравнения.

— Почти точно так же, — поправил его я. — Люди не работают на одной должности веками. И у людей не все сотрудники в компании являются родственниками, тем более близкими. Тут ближе законы растущей замкнутой популяции.