Ночью нас разбудил Рэд, несущий дежурство.

— Там… огонь. Пожар!

Мы выглянули в окна нашего броневика. Нас окружал десяток факелов. Кое-где проглядывали силуэты аборигенов в странных куполообразных балахонах.

— Мы влипли, — констатировала Майя.

Ильяс кивнул.

— Самое интересное — то, что у пограничных банд бывает огнестрельное оружие. До центральной части оно не доходит, и запрещено — что местными законами, что Способностью охраняющих Заповедник. Но на границах ведётся игра — не вполне честная.

Амамг-Са, тоже проснувшись, не стал слушать наши разговоры. Не секунды не раздумывая, он нажал кнопку открытия верхнего люка и неуклюже высунулся наружу, махнув ластоногими ступнями.

— Ты куда, достопочтенный⁈ — попытался я остановить его, но получил за это лёгкий шлепок по щеке.

И он запел. Он пел в трёх или четырёх октавах, совершенно атонально, вне привычных нашему уху гамму и интервалов. С трелями, переливами, клокочущим бульканьем, среди которого мелькало что-то, похожее на наши имена. Я вспомнил редкий древний жанр музыки — Музыку Фосфора, произошедшую из южного Ирниатана. Я вспомнил, где я слышал её — в старых фильмах, которые рассказывали про этот край. Там нет столь чёткой границы, и местные племена людей-рыбаков в Малом Средневековье жили бок о бок с отдалёнными племенами мрисса. Но почему-то тогда этот эксперимент был прекращён — непонятно, почему?

Факелы стали гаснуть. Сначала один, потом другой. В конце концов осталось два факела, которые после последней фразы Амамга стали медленно отдаляться. Я услышал серию криков и трелей в ответ, после чего Амамг спрыгнул вниз и скомандовал:

— Путь зовёт вновь, в путь.

Мы дали газу. В темноте приходилось двигаться медленно.

— Кто это был? — спросил я.

— Это племя искателей Травы Вечности. Одно из племён. Они ищут траву, вызывающую видения, и продают их на юг.

— Банда наркодилеров? — предположил я.

— Да, — кивнул Амамг, и я разглядел на его лице что-то вроде усмешки.

Все реки мрисса текли в центр исполинского кратера, который образовался сотни миллионов лет, если не миллиард, от удара гигантского астероида или даже небольшого планетоида. Этот кратер, края которого частично разрушились и раздвинулись, был в радиусе не менее четырёх тысяч километров и занимал почти всю территорию Заповедника, не считая северных островов и южных границ с Ирниатаном.

Ближе к центру реки, подобно нитям паутины крестовика, пересекались многочисленными каналами, позволяющими путешествовать от одной артерии к другой. В конце концов все они впалали в цепь круговых больших озёр, полукругом окутывающих центральную возвышенность и впадающих двумя крупными реками в Ирниатанский залив. Именно в середине этих озёр и распологался Меомрасотал — столичная территория.