Напоследок я задал Майку вопрос, интересовавший меня ещё с ночного сеанса программатора:

— Ты же не самый главный в синдикате. Кто наш Верховный отец? Кто главнее тебя?

— Этого не знает никто, — Майк сел, нахмурился и стал массировать виски, подобно тому, как это делал я после визика. — Он никогда не действует и не общается с нами напрямую. Только через сеть и письмами. Может даже общаться телепатически — но такое случалось только пару раз с моими помощниками.

— Телепатически? — усмехнулся я. — Ты серьёзно в это веришь?

Он молча поднял на меня глаза. Такими я его глаза ещё никогда не видел — в этом взгляде злость и усталость смешались с презрительной усмешкой.

И я поверил.

От монастыря отъехали по обычной дороге, на старой двухместной моторикше — быстрый сферолёт мог привлечь внимание, и Майк оставил его для того, чтобы улететь обратно в Средополис.

На самом деле, выбор транспорта меня несколько удивил — я ожидал чего-то более скоростного, удобного и простого. Потом мне пояснили — пересекать границы крупных городов и субдиректорий могло быть опасным, потому что датчиками можно отследить любой междугородний перелёт частного сферолёта. Артур оказался немногословным напарником, чему я несколько обрадовался. Перекинулись всего парой слов — оказалось, что он тоже был ветераном войны с Югросью. Правда, на этом наше сходство и кончилось — он, в отличие от меня, служил в железнодорожных войсках и был скоро комиссован.

Гораздо важнее теперь была моя биография. Точнее, не моя — Стояна Сиднеина. Краткая история его жизни, кадры из его жизни, отдельные привычки были прошиты теперь у меня в «подкорке» после сеанса просмотра биографии. Подразумевалось, что этого для работы достаточно, а остальное Стоян «забыл» во время карательных мер в колонии.

Этот человек был старше меня на пять лет. Молчаливый, как я, суровый, несговорчивый характер. Если бы не беспринципность и тяга к уголовщине, эта личность даже могла казаться симпатичной. Родился в Стаанаде, столице Конзатана, тогда бывшего Конзанской субдиректорией, в семье рыбака. Наполовину рутениец. Рано остался без матери, в школе проучился всего семь классов и пошёл во флот. Там же познакомился с мелкими портовыми бандюгами, которые через несколько лет возглавили движение сепаратистов и на волне войны с Югрсью объявили о независимости. В отличии от юго-западной провинции, здесь отделение прошло сравнительно мирно, властям Директории не нужна была вторая война. К тому же, во внешнеэкономическом и военном плане Конзатан остался подконтрольным Рутении.