— И вот этот глаз… — проговорил он хриплым голосом. — Он тоже был…

— Пустите! — дернулась Аки, но Скарабей вдруг вскинул автомат. Дуло уткнулось Аки в грудь.

— Куда? Тебе отсюда никуда не сбежать, малышка. Гляди-ка, — и он кивнул себе за спину.

Аки перевела взгляд дальше и обомлела. Силуэты их команды пропали — а туман еще сильнее сгустился. Даже голосов не было слышно.

Вокруг никого, только болото и тела под водой. А еще они со Скарабеем — совершенно одни.

— Куда ты спешишь? — хохотнул командир, не опуская автомата. — К своему Марлинскому? А мне не хочешь составить компанию? Могу рассказать тебе про тот день, когда на горизонте показались корабли, а потом все забрал огонь… А из огня вышла они.

Теперь он смотрел на нее как зверь — двумя глазами, черным и пустым и тем, что источал ненависть. Автомат он держал твердо. Предохранитель был поднят.

Рука Аки медленно потянулась к мечу. Она видела варианты, у нее был всего один шанс.

— Я помню тот день так же ясно, как вчерашний… — хрипел его голос у нее в ушах. — Когда у тебя на глазах твои родные улицы стирают в порошок, а потом начинают охоту на…

Не закончив, он дал длинную очередь. Аки не успела ничего сделать, просто закрыла глаза, а затем ее толкнуло назад. На миг все звуки обострились — она слышала как пули пробивают ее грудь, как воет ветер у нее в ушах, как шелестит и плещется вода вокруг…

Свет тоже стал ярче — но лишь на миг. Затем все заволокло зеленоватой поволокой.

Было холодно. Она видела берег, окруженный пузырями, нити крови, что тянулись к поверхности, а еще выше — Скарабея. Он смотрел на нее, не отрываясь. Аки опускалась все ниже, а затем…

В уши вместе с бульканьем послышались голоса. И они звали ее…

— Аки, Аки… — шептали тут и там как во сне. Следом она почуяла на своих руках и ногах чью-то хватку. — Иди к нам… Тут так хорошо…

Скосив глаза увидела их — утопших, что ползли к ней. Несколько уже держали ее за руки, пока тело опускалось все ниже. Глаза сверкали голубым, губы двигались.

— Тебе страшно, Аки? Ты боишься?

Аки кивнула, но отчего-то почуяла себя совсем спокойно. Странно, но она понимала их язык — под водой они говорили совсем как люди.

— Ничего, Аки… Ты привыкнешь, как привыкли мы…

Скоро стало темно, свет померк, а утопших становилось только больше. Скарабей пропал вместе с берегом, поверхностью и всем остальным. Не было больше ни ее возлюбленного Ильи, у которого она так и не смогла попросить прощения, ни красавицы Софьи, что сжимала его в своих объятиях, ни ее подруг, Саши с Милой, не было и остальных.

Ни Амерзонии, ни их странной миссии. Ни ШИИРа.