Норимацу решила, что стоит повторить просьбу чуть позже, когда он успокоится.

Менталистка демонически хохотнула, весело глянула на них по очереди, но опять ничего не сказала, продолжая налегать на изюм.

— А ведь это была только первая часть переговоров, — озадачено констатировал блондин, косясь назад и снимая с себя двумя пальцами обгоревшие остатки рубахи. — Еще с кузинами Норимацу объясняться. Надеюсь, они всё же поспокойнее будут, — он словно пытался в чём-то убедить себя самого.

— Да, так себя вести они бы точно не стали. Кстати! Юки тебе дать хочет! — откровенная Шу решила поддержать напарника хотя бы приятными новостями. — Ты ей и как пацан залетел, и виноватой она себя чувствует за ту фразу. Ещё она давно не девственница, если что.

— Да ты чё! — Из взгляда Ржевского стремительно испарилась затравленность, вместо неё материализовался более чем живой интерес.

— Погнали дальше по маршруту, — спокойно предложила Наджиб всем, когда сёстры Барсуковы вынеслись в коридор вслед за виновником переполоха.

Одновременно она встала между Дмитрием и княжнами, решительно закрывая попечителя от кузин. Шу даже заподозрила, что менталистка каким-то образом принудительно успокоила магичек, применяя дар.

* * *

— Возьми. — Блондинка вышла из ближайшей лавки, протягивая новую рубаху. — Ты скотина, Ржевский! — добавила она непоследовательно.

— Спасибо! — чуть более энергично, чем смотрелось бы естественно, поблагодарил тот. — Да, я полностью согласен с твоим анализом! — поторопился согласиться партнёр по бизнесу.

— Дать бы тебе… — хмуро бросила рыжая. — Сволочь циничная.

— Повинную голову меч не сечёт! Мне сейчас очень не по себе! — наигранно возмутился потомок гусара, незаметно стреляя глазами то на одну соотечественницу, то на вторую.

Ну, это ему казалось, что он незаметно отслеживает их реакцию.

— … ровно до новой женской жопы, — невозмутимо припечатала менталистка. — Статистика — упрямая вещь, Дим. Хи-хи, — на гневный взгляд опекуна она показала язык. — Насчёт циничной сволочи я тоже «полностью присоединяюсь к анализу».

— Эй, ты вообще моя подопечная! А ну замолчала быстро!

Наджиб без слов поднесла к носу опекуна оттопыренный от правого кулака средний палец. Затем добавила:

— Хорошо, молчу.

— За одно и то же дважды не наказывают! — не сдавался Ржевский, развернувшись к сёстрам Барсуковым.

— Ещё как наказывают, — уверенно парировала его опекаемая на безукоризненном русском, чтобы все поняли. — Пример. Допустим, ты перешёл в нашу веру и у тебя четыре жены, а ты это ты, — она красноречиво подвигала бровями. — Спорю на что хочешь, будешь п**ды получать с четырёхкратным коэффициентом, если твоим языком сказать. Потому что твоих выходов из-за печки даже наши бессловесные терпеть не будут, не то что ваши. Кстати, на.