— М-м-м, дай сообразить.

— Ювелирку не предлагать, — Ржевский задумчиво осмотрелся по сторонам. — Из камней и металла я и сам сориентируюсь. Ещё что? Можно на том же уровне стоимости.

— Раз… Два… ЗАПАХИ. — Норимацу сконцентрировалась и выдала точный результат. Даже сама обрадовалась. — Духи. У неё дома была коллекция, пока они сегодня к нам не присоединились.

— Большая?

— Да. Полторы тысячи одних унцовок, по остальным ёмкостям даже не в курсе.

— Хренасе. — Товарищ впечатлился. — Есть какой-то аромат, которому она бы однозначно обрадовалась? Но сама себе не купит — или денег жалко, или достать не сможет?

— Это два разных аромата, — добросовестно прокомментировала Шу. — Тот, на который жалеет полсотни монет, есть и здесь, — она кивнула в сторону одного из коридоров, где находился нужный салон. — А достать не может Аль-Бахр, его сюда не возят. А своих знакомых в Заливе до тебя у нас не было, да и там он по большей части под заказ — какие-то сложные маго-компоненты по части алхимии.

Буквально через минуту она здорово удивилась, с какой лёгкостью товарищ приобрёл стеклянный пузырёк величиной с мизинец (за такие деньги).

— Могу спросить, для чего? — поинтересовалась японка на улице. — Реально интересно. Стоит же дорого.

— Да скотина я, — хмуро ответил Ржевский. — Знаешь, получается, что я ею попользовался. Очень плохо себя из-за этого чувствую, хочу попытаться кое-что изменить.

— Объясни логику? — попросила Норимацу. — Я в ухаживаниях не сильна, как и во всех этих отношениях с вашим полом, — пояснила она. — Что изменят духи? Чего ты рассчитываешь добиться?

— Хочу, чтобы она улыбнулась, — простодушно ответил товарищ. — До слёз, можно сказать, её довёл. Теперь хочу, чтобы улыбнулась.

— Ты молодец, — кивнула серьёзно Шу, знавшая сестру лучше других. — Сработает.

В следующий момент она без затей опять шлёпнула Ржевского по попе:

— Мне приятно, — пояснила она в его выпученные глаза. — Раньше никогда этим не занималась, но тебя трогать приятно. Не знаю почему. Тебя ни к чему не обязывает! — поторопилась она добавить подходящую к случаю фразу, которую слышала от него же.

Ржевский аккуратно отодвинулся, резко ушёл в себя и следующие пятьдесят метров то и дело задумчиво косился в её сторону.

— Зря. — Выдала она ему через минуту, исполняя собственное намерение быть с ним на эту тему откровенной. — Ты сам меня шлёпаешь, мне тебя тоже приятно. Какая проблема?

— Чувствую себя объектом сексуальной агрессии, — заторможенно ответил товарищ. — Даже не опишу словами. Не скажу, что приятно. Хотя казалось бы. — Он забормотал себе под нос несвязное. — Красивая тёлка… Сама первая… Странно-то как… Или это у меня с психикой что…