— А я смогу вам помочь. — Ониси смотрел на блондина, не мигая. — Если я уведомлю господина Ивасаки, что хочу провести испытание сам, он мне не откажет. Однако вы в курсе, что это крайне сырой образец?

— Даже больше, чем вы себе можете представить, — предельно откровенно ухмыльнулся Ржевский. — Кстати, подёргаю его в разных режимах — может, что и присоветую производителю.

— Вы подождёте тридцать минут? Я улажу свои формальности с людьми Ивасаки, по случайному совпадению золото идёт им.

— Полчаса конечно подождём, — за Дмитрия решительно ответила Шу.

Для этого она даже стремительно метнулась из кресла, чтобы придержать товарища за руку: с него сталось бы брякнуть, «нет, не подождём. Давайте сейчас, время — деньги».

— Нам выйти на время расчёта? — Ржевский с какой-то непонятной нежностью посмотрел на три кучи золота, романтично вздохнул и мечтательно прикрыл глазки.

Шу стало интересно и весело: раньше такой страсти к деньгам она за другом не замечала. Он их и тратил легко, и в культ не возводил.

Видимо, какой-то аналог любви к искусству, пояснила она сама себе.

— Нет, что вы, не надо никуда выходить. Дальше мы сами.

Огава и Ониси, вежливо извинившись, достаточно быстро рассовали золото обратно по мешкам и вдвоём перетаскали его куда-то прочь.

— Чувствуйте себя как дома! Увидимся минут через двадцать, — предложил посланник Микадо, захлопывая за собой дверь.

— Чаю хочешь? — предложила товарищу Шу.

Не дожидаясь ответа, она принялась решительно хозяйничать у небольшой специальной жаровни.

— Кстати, да! — задумчиво вспомнил Ржевский. — А ведь даже чаю до сих пор не попили!

— Хотела спросить, — пользуясь моментом, японка подняла тему. — Каким образом ты ухитряешься комбинировать столько различных стилей боя? У тебя было много учителей или один, но разносторонний?

— Да это один стиль, — а товарищ неожиданно задумался. — Хотя-я, в том месте это называлось «подход к изучению». Почему ты считаешь, что стили разные?

— Аики-до. Дзю-дзюцу. Каратэ-до. Муай-боран. Это то, что я у тебя увидела.

— Это у вас направления рассыпаны по разным школам. А там, где учился я, они объединены общим подходом, — равнодушно отмахнулся блондин, явно интересуясь больше чаем в пиале, которую она ему только что подала.

— А какой у этих школ может быть объединяющий принцип⁈ — Шу добросовестно задумалась и удивилась.

Вернее, сперва удивилась, а потом задумалась.

Она изо всех сил собиралась остаться в рамках деликатности и не задавать товарищу лишних вопросов по поводу его прошлого. Но ведь философские принципы Учения не могут быть секретом?