— Ну, было, но это же не боевой амулет! — тип задумчиво следит за моими руками. — Можно два раза стукнуть в крайнем случае. Если дырки съехали и листы в пачке косые — тоже невелика потеря.

— Это просто пример. Такое и в амулете связи может случиться, и в боевом, и на производстве. Тип сбоя один. — Прикрыв глаза, прислушиваюсь к ощущениям.

Смещение небольшое, крепление кристалла разболталось. Поискав глазами вокруг, беру его карандаш и аккуратно подстукиваю небольшую деталь с нужных сторон, ориентируясь на расовый бонус.

— И что дальше? — таможенник снисходительно смотрит то на меня, то на дырокол.

— Вообще-то для калибровки специальный инструмент нужен. На глаз да без снаряги, конечно, не та точность. — Здесь утрирую и прибедняюсь наглейшим образом.

Смотря чей глаз и чьи руки. Если человеческие — то да, без вспомогательной оснастки можешь сливать воду.

А вот если руки выросли правильно.

— Стало лучше? — старший отдела транзитного оформления сподобился на иронию.

— А ты возьми, попробуй.

Повинуясь внезапному импульсу, подхватываюсь со стула сам и сгребаю со стоящей в углу тумбы пачку ежемесячных грамот-поощрений.

Они выполнены на толстой фольге, не на бумаге. Практически, сделаны на очень тонких листах металла, это даже не картон (наверное, чтобы получившие отличия подразделения могли вешать их у себя на месте работы, в том числе на улице под открытым небом).

— Э-э-э!.. — мужик с изумлением набирает в лёгкие побольше воздуха, но сказать ничего не успевает.

ХРЯК. Разровняв пластинки металла в подобие стопки, всовываю получившуюся пачку под скоросшиватель и весело бухаю сверху кулаком.

— На, владей, — теперь снисходительный вид у меня.

Амулет запускаю скользить по столешнице расчётливым движением. Как и рассчитывал, он останавливается чётко у края.

Мужик, рефлекторно бросившийся вслед за артефактом, замирает на половине дороги через стол: моё движение было чётко выверенным, никакие магические приспособления никуда по полу не летят.

В душе возникает толика досады: а ведь когда своих вокруг нет, то и юмора никто не оценит. Эх-х. Шутить ведь по-разному можно, подобными жестами — в том числе.

— Держи, говорю! — подвигаю свежеотперфорированную пачку тонких металлических листов вплотную к нему.

Теперь эти поощрения, все до единого, украшены двумя сквозными отверстиями.

— И на гвоздики повесить можно, — бросаю для разрядки обстановки, поскольку угрюмая рожа собеседника на ровном месте напряглась и перестаёт мне нравиться. — Дырочки готовы. А чего добру без дела на столе лежать? — добавляю как можно беззаботнее.