А может, Накасонэ не отправлять?

— Амнезирование, принуждение, ментальная закладка — у вас это, наверное, бросок, удар рукой, удар ногой, — продолжает подопечная, не сводя глаз с партнёрши по бизнесу.

Последняя наверняка ещё на своём наркотическом приходе. Боюсь представить, какие грандиозные идеи и намерения сейчас ей в голову крадутся — вон, глаза заблестели и на лице нездоровое оживление.

— Научишь⁈ — Шу, похоже, сейчас проглотит Мадину живьём в экстазе предвкушения.

— Хорошо. Но это не быстро и не просто.

БАХ! Хлопаю в ладоши ещё раз, возвращая общее внимание себе.

Демидовы плачут, хлопают друг друга по плечам и ничего вокруг себя не замечают.

— Накасонэ, Чонг, Демидовы, — делаю двухсекундную паузу, дожидаясь, пока все поднимут на меня взгляды. — Порталом из того дома нахрен в Эмират. Чтоб через четверть минуты покинули территорию Соты, бегом, время пошло.

— У вас есть портал⁈ — неподдельно изумляется промышленник. — В ЭМИРАТ?!! Ой, у меня с собой ни вещей, ни денег.

— Там вас всем обеспечат, — кривлюсь с досадой из-за задержки времени, предварительно сверившись взглядом с Далиёй. — Идите с богом!

Через минуту, отправив совсем уж лишних, с надеждой смотрю на Барсуковых и кузин Норимацу:

— Бабоньки, а вы туда же прогуляться не хотите? Там тепло, море.

— На, — Наталья выбрасывает мне под нос правый кукиш.

— Вот, — её сестра делает то же самое, но левой рукой.

Асато Норимацу подносит к моему носу средний палец.

Юки обиженно открывает рот, её лицо слегка искажается, в глазах появляются слёзы. Ничего не говоря, она резко закусывает нижнюю губу и, не мигая, пронзительно и горько смотрит на меня.

С веранды из кресла задумчиво смотрит Света Левашова.

— Я как лучше хотел, Слово Ржевского! Не избавиться от вас, от тебя в частности, — наверное, так вот и наступает пора палить из тяжелой артиллерии. — Война по факту началась, — продолжаю исключительно для Юки, тоже смотрю ей в глаза. — Вначале всех случайных отправил с богом, от Далии их по домам разошлют. Всё лучше, чем в плену сидеть.

— Подтверждаю, — раздаётся от аль-Футаим неожиданно по-русски.

Юки озадаченно поднимает правую бровь.

— О тебе забочусь, — завершаю пояснение.

* * *

Мадина Наджиб, дублёр-двойник Её Величества Далии аль-Футаим.

Ржевский, как Мадина и предполагала, оказался абсолютно неприспособленным выносить женские слёзы.

Когда Юки чуть не разревелась (она решила про себя, что влюбилась и не хочет расставаться), он вначале зашёл с козырей — дал Слово Ржевского. Затем и вовсе потянул её за руку, обнимая и впиваясь клешнями в ягодицы.