— Против же личного приказа члена Семьи наша охрана всё равно что бесполезна, — Виттон. — Дмитрий, Самбур обмолвился, вы в нашем деле на нашем уровне понимаете. Профессионально. Это так?

— В чём-то да, в чём-то наверняка вы посильнее, — дипломатично скругляю углы. — Скажем, ничего принципиально нового я пока не услышал. Да и вы сейчас не столько о ювелирном деле, сколько о политике говорили.

— Увы, сейчас это одно и то же, — хмурится Фаберже. — Кстати, коллеги чуть недосказали. Сама цепочка апелляций, чтоб законным путём концы процессов найти, тоже нелёгкая и не бесплатная.

— Что по итогам апелляции?

— Суд выносит решение: да, погорячился цесаревич, не было налоговых недоимок, ценности завода изъяли зря. Однако: они уже оприходованы, сданы в казну, средства потрачены.

— Пусть казна в эквиваленте вернёт, нет?

— А казна и непротив вернуть. В принципе. Но в планах бюджета на ближайшие три года нет выплат ювелиру Черятову, — цедит бородач. — И органов в государстве, которые бы в план ввели возврат мне неправедно отнятого, не существует.

— Ниппель получается, — констатирую. — Рэкет.

Хотя и под частичной крышей государства.

— Это как? — золотых дел мастера не в первый раз переглядываются.

Поднимаю с земли палочку и рисую на песке схему:

— Вот такой клапан. Туда дуй, обратного хода нет. Господа! Я искренне вам сочувствую, благодарен за информацию, но пока не понимаю, чем могу помочь. Если бы вы позвали меня хотя бы на этапе работы фискалов на вашем предприятии… — многозначительно смотрю каждому в глаза. — Сейчас я физически не понимаю, где искать ваши ценности, уже молчу, как доказывать: этот слиток золота — не из царского котла, а от Черятова.

Не сказать, что прям горю желанием геройствовать, но если бы попросили помочь, всяко мимо не прошёл бы. А там будь что будет.

— Это не вся история, господин Ржевский, — вздыхает Виттон. — Подсчитали убытки, прослезились. Да, тяжело и печально — но жизнь продолжается. Откровенно говоря, нас при любом режиме и в любой географии грабить начинают первыми. Привыкли уже.

— Ух ты. Даже боюсь спросить, какое продолжение.

Дочку Демидова своими руками из такого места доставал, что перспективы той врагу не пожелаешь. При этом Демидов ни разу не ювелир, так, чёрная металлургия.

— А я расскажу. Материалы на заводе — не копейки, но есть ещё активы в торговой сети. Пояс затянуть — можно заново на ноги встать, — продолжает Тиффани. — Проблема в том, что следом за этими фискалами могут прийти другие, скажем, через пару недель.

— Погодите, угадаю, — хмурюсь, как небо в грозу. — Но вторые будут уже от другого цесаревича?