— Здравствуйте, Анастасия Михайловна, это вам, — я на автомате протянул цветы с тортом. Эта встреча выбила меня из колеи. Никак не ожидал, что целительница-пенсионерка из Министерства добрых дел и Наташина баба Настя — одно лицо.

Она усмехнулась: — Садитесь, дети, за стол, сейчас чай заварю. С сайгандалёй.

Она вышла из гостиной, и я в задумчивости поинтересовался у Наташи: — Слушай, а кто у тебя бабуля?

— В смысле?

— Ну, я её в больнице видел, когда в себя пришёл, — осторожно начал я.

— Аааа, так она твоего лечащего доктора знает. Видать, заезжала по делам, — Наталья легкомысленно пожала плечами и стала убирать вазы с цветами со стола на пол. Не знаю, но мне показалось, что моя девушка не ведает, кто на самом деле у неё бабуля.

— Баба Настя сейчас на пенсии, раньше в органах служила, — продолжила тем временем подруга, — а кем, где, не рассказывала. Подписка.

— Получается, ты сейчас здесь живёшь? — я огляделся по сторонам. В отличие от соседской квартиры, здесь чувствовался достаток, выражавшийся в чешской стенке с ГДР-овским хрусталём. Хотя, всё достаточно строго.

— Ну, не в гостиной, конечно же. А так, да, у меня здесь есть своя комната. Квартира — трёшка, зал и две спальни.

— Ясно. А это твой дед? — я подошёл к фотографиям на стене, где Анастасия Михайловна была вдвоём с видным мужчиной со звёздами на погонах.

— Да, он тоже в органах служил, генералом был. Его давно уже нет с нами, — Наташа подошла сзади и обняла, положив голову на моё плечо.

— Сочувствую.

— Да ладно, я уже свыклась… Пойду, переоденусь. Не люблю во вчерашнем, — она отлипла и направилась на выход.

— Тебе помочь?

— Не-не-не. Помню, чем твоя помощь заканчивается. А у меня бабуля строгая, так что держи себя в руках, — она вышла из гостиной.

— Что у тебя с ней? — через секунду в гостиную вошла бабушка с чайником и заварником. Хотя, какая она, к бесам, бабуля? Женщина в самом расцвете сил. И тогда, и сейчас я от силы бы ей дал сорок пять лет.

— Любов у нас с ней. Надеюсь, вы не будете препятствовать, как её отец? — ответил с вызовом — меня начало заносить в другую крайность.

— Не буду, если берега терять не начнешь. Раскидываешься проклятьями направо и налево, карму себе портишь. Я тебе что сказала? Лечи людей, а не наоборот!

— Я только на врагов проклятья насылал, — огрызнулся в ответ, не желая сдавать позиции.

— Враги — тоже божьи твари, и не тебе решать, кому не жить. Да, есть плохие люди у нас и за океаном, но ты же ещё порчу на брата Натальи наслал! Ты о чём думал вообще?!?

В рот компот! Да откуда она про меня всё знает?!? Так-то она меня грамотно построила, мне и возразить нечего.