Пронзительный золотисто-белый свет резал глаза. Прищурившись, сквозь узкие щелочки век я попыталась осмотреть мальчика. Однако тот настолько сильно светился, что даже лица разглядеть не получалось.

Тут в звенящей от напряжения тишине отчетливо прозвучал глубокий вдох, потом еще один. Я быстро положила левую руку на грудь ребенка. Та ритмично вздымалась. Вскоре почувствовала, как под правой ладонью дрогнула голова мальчика.

Пошевелив плечами, дала понять Свете, что все закончилось и ей больше не надо работать усилителем. Затем медленно убрала ладони от Егора. Через пару ударов сердца свечение погасло.

— Ярка! — едва слышно выдохнула сестра, опускаясь рядом со мной на колени.

— Угу, — пробормотала я, не отводя глаз от малыша.

Засопев, тот повернулся на бок. Забавно почмокал губами, положил ладони под щеку и мирно уснул. А я не могла оторваться от мальчика, не веря, что это дело наших с сестрой рук: у него изменился разрез глаз, переносица, про остальное остается только гадать. Похоже, мы каким-то непостижимым образом повлияли на «неправильные» гены.

— Как такое может быть⁈ — вторя моим мыслям, прошептала шокированная няня. — Просто не верю своим глазам!

— Всякие чудеса на свете случаются, — заявила Света. — Но о некоторых распространяться не стоит, — она со значением посмотрела на энергично закивавшую Надежду Михайловну, после снизу вверх холодно глянула на Харуко: — Перезвоните в скорую. Скажите, у нас уже все нормально, сами справились.

— Я растерялась и не успела вызвать, — покаялась японка.

— Надо признать, ваша нерасторопность сейчас пришлась кстати, — Света задумчиво потерла подбородок. — Но впредь надо выполнять то, что обещаете.

— Конечно, юная госпожа, — покладисто согласилась Харуко и учтиво поклонилась.

Я хмуро наблюдала за непонятно чем довольной помощницей по хозяйству. С одной стороны, ее радость объяснима: беда дом миновала. А вот с другой… Интуиция просто вопила: что-то здесь не так. Но есть ли резон обвинять Харуко в недомогании Егора? Зачем ей это вообще? Мотива напрочь не вижу.

Решив позже все хорошенько обдумать, я неторопливо поднялась на ноги. Встала и Светлана. Жестом остановив няню, собравшуюся подхватить Егора, аккуратно взяла брата и бережно перенесла на кровать. С нежностью погладив ребенка по голове, накрыла легким одеялом.

Отойдя, сестра тихо сказала Надежде Михайловне:

— Я родителям сейчас позвоню, а вы следите за Егором. Если что, сразу зовите.

— Конечно, — ответила женщина, не сводя с меня восхищенных глаз. Я со смущением улыбнулась няне.

Тем временем Света поразительно миролюбиво предложила Харуко: