— Да что… такое… — Маг схватился за голову, в безуспешной попытке унять очередную вспышку острой боли, подавляя рвущиеся из горла рычания и проклятья. — Будь готова… — Едва слышно произнес он, медленно отступая назад, делая неуверенные шаги. — Они близко… — Сам того не понимая, мужчина сгустил мрак вокруг себя, прячась во тьме.
Озлобленный взгляд чернокнижника во всех деталях различал фигуры пятерых воинов в полных латах. То немногое, что отличало их в его зрении от шедшей позади разномастной группы, сливавшейся в сплошное пятно — хвосты на глухих шлемах, плащи и вихрящиеся вокруг потоки маны, почти полностью перекрывавшие обзор.
Когда незваные гости приблизились к расставленным ловушкам, колдун призвал к остаткам физических сил и на время отгородился от отвратительного самочувствия, перестал комкать робу на груди, готовясь к удару. Почти прекратил пошатываться.
Магическая энергия, проистекавшая из души, клубилась вокруг кистей и в меньшей степени тела, из-за концентрации приобретя вид мрачного тумана. Формула заклинания уже была готова, оставалось лишь подать в нее достаточно маны.
Магический круг вспыхнул чернотой, становясь видимым, как только нога латника ступить на него. Из центра, образовавшего провал, выскочила темно-синяя рука, сотканная из энергии, и ухватила жертву за ногу, сдавив в поистине мертвой хватке. Но металл сапога не поддался.
В то же время сработали ловушки, расположенные на стенах, зафиксировав еще двух воителей. Больше, не создавая давки, не позволяла пропустить ширина коридора.
Черный луч, вырвавшийся из сложенных запястьями рук, устремился в грудь правового воина, единственного из тройки, неспособного прикрыться щитом, ведь именно в него вцепилась Хватка Бездны.
Иссушение столкнулось с пленкой магического щита, перекрывшего весь проход. Разбиваясь дымкой, заклинание продолжало вгрызаться в непроницаемую преграду. Тьма сама тянулась к живым.
Демонолог, зашипев ругательства, увеличил напор, пропуская через себя успевшую скопиться вокруг ману, никак не взаимодействуя с насквозь нейтральной, рождаемой подземным источником.
Щит Света, созданный общими усилиями воителей, лопнул, породив ирреальный звон.
Луч врезался в кирасу и отбросил латника на два метра. Дымка, образовавшаяся вокруг него, втянулась под броню, находя щели, и проникла в тело.
Краем зрения отметив, как исказилось лицо мужчины под шлемом, Тирисфаль испытал прилив темного торжества, однако, не позволил себе отвлекаться, творя следующее заклинание.
Символы на левой перчатке ослепительно засияли. Все оставшиеся в наплечниках Осколки душ рассыпались пылью.