Она не хотела пользоваться силой. Первого раза, того, который спас им жизни, ей хватило. Она не желала становиться такой, как ее отец.

Считала, что у любой проблемы может быть несколько решений, и насилие было бы последним, которое она стала бы искать.

А потом сила ушла от нее. Она медленно таяла во время беременности, а после родов исчезла окончательно, Ирина даже монетку со стола не могла бы скинуть.

Такое часто случается с одаренными аристократками. Они не получают свой дар навсегда, они лишь передают его следующему поколению. Их сила переходит в детей.

Как правило, в мальчиков.

Он знал, о чем она хочет спросить, и удивлялся, что до сих пор не спросила. Видимо, страшась услышать ответ.

Так же, как и он страшился его дать.

Может быть, сегодня? Или все-таки нет?

— Как он? — она наконец-то решилась.

— Благополучно покинул Австралию, — сказал Влад. — Я же все-таки профессионал.

— Значит, ты просто не хотел, чтобы я путалась под ногами?

Он промолчал.

— Ты видел его?

— Да, — сказал Влад.

— И какой он?

— Взрослый, — сказал Влад. — Уже не тот мальчик, каким мы его… оставили. Похож на фотографии, которые я присылал. И на твоего отца.

— Этого я и боялась, — сказала она. — Где он сейчас? Он в безопасности? Рядом с тобой? Можешь его позвать?

— Нет, не могу.

— Где он? — голос задрожал, готовый вот-вот сорваться на крик. — Что ты сделал с моим сыном?

— Я дал ему право выбрать, — сказал Влад.

— Что ты ему рассказал?

— Все, — сказал Влад. — Но многое он узнал и до нашего разговора.

— Откуда… О, нет.

— Увы, — сказал Влад.

— Артефакт не сработал?

— Артефакт исправно работал, пока его не извлекли, — сказал Влад.

— Ты это сделал?

— Нет, — поспешил отвергнуть хотя бы это обвинение Влад. — Это китайцы. Обнаружили инородный предмет и, не долго думая, решили посмотреть, что это такое.

— Отец вернулся?

— Как я понимаю, в тот же самый момент.

— Что он сделал? Меня поэтому не подпускают к новостным каналам, да?

Влад устало потер глаза рукой.

Да, именно поэтому. И как только она доберется до телевизора или интернета, она все узнает.

Сегодня? Не сегодня?

— Его, я полагаю, ты тоже видел? Отца?

— Да, — сказал Влад. — И вот он-то как раз вообще не изменился.

— О, боже…

Если бы Влада попросили охарактеризовать Ломтева всего в нескольких слова, ему хватило бы двух.

Сила и ярость.

Он был полон силы и он кипел яростью. Это было убийственное — а возможно, и самоубийственное — сочетание, и именно его Влад и собирался использовать.

Направить ярость. Дать старому князю повод выплеснуть ее наружу не просто так, а с максимальной пользой для дела.