— Понял! — хмыкнул он. — До дома подбросить даже пытаться уговаривать не буду. Мне уже из гаража позвонили. У них два инфаркта у опытных механиков от какой-то хреновины случилось. А ты мне начинаешь нравиться…
— Чем?
— Невыполнимостью миссии. Расчёты дяди Вани летят к чертям. Пошли, что ли… Первый урок — он самый важный.
На самом деле занятия оказались не такими важными, как очень нудными. Борясь со сном, я всё-таки сделал записи на нескольких страницах чистенькой тетради. Большинство из них, правда, были карикатурами на своих соучеников.
— Нормально! — заглянув через плечо, уважительно произнёс один из студентов. — Я похож относительно, а вот все остальные — вылитые!
— Все так говорят. Ты тоже похож. Судя по говору, из Франции?
— Да. Лион. Дыра дырой, но железные дороги развиты. Вот и рванул на поиски счастья. Жан Луи Бельмондо. С детства говорили,что виконт, но в России швейцары в ресторанах выглядят важнее.
— Барон Максимилиан Гольц. Повезло не кланяться швейцарам.
— А ты парень не промах! — довольно хлопнул меня по плечу этот Жан. — Остальные здесь эти… Мудиаки!
— Мудаки?
— Да! Они! Я ещё не очень силён в русском.Что делаешь после занятий?
— Как получится, — аморфно ответил я.
— Я тоже. По паре бокалов вина? Я угощаю, но закуска с тебя. Девочки знакомые есть? А то тут только две австрийки. Занудные и страшные.
— Ты что, Жан, успел со всеми перезнакомиться?
— А чего? Второй день уже за партой сижу. Мне ещё отец говорил, что я такой лёгкий, что… Ладно, не буду приводить его сравнения, а то авторитет растеряю.
— Местные подойдут?
— Дорого, но… Если красивые, то почку продам.
— Готовься сразу две.
— Я знал, что ты серьёзный человек, Максимилиан Гольц! На пустяки не размениваешься!
— Молодые люди, — раздался недовольный голос учителя. — Я вам не мешаю попусту терять время?
— Нет-нет, месье! — замахал руками довольный Жан. — Продолжайте! У вас чудесный грудной голос, хоть и с похмелья.
С Глашкой свести французика, что ли? Пожалуй, не стоит. Такс однозначно приревнует к ещё одному неадекватному, хоть и имеющему ранг Мастера.
Глава 18
После уроков я созвонился с Аней и предложил ей посидеть где-нибудь в компании с новым французским приятелем. На мой вопрос, какое заведение лучше выбрать, она ничего не ответила, резонно заявив, что не у затворницы о таком спрашивать. Зато Достоевская знала, кто может помочь в этом.
Кирилл и Настя Воронины, узнав, что намечаются посиделки, напросились с нами, так как отец уже достал их своими нравоучениями о пользе достойного поведения вне столичных тюрем. Общительный Бельмондо был только рад компании.