Генеральный ещё раз очень благожелательно улыбнулся нашему юнге, кивнул ему на прощание и похлопал своего шофёра по плечу, дав команду тронуться. Антоха замахал ему свободной рукой вослед, Далин закряхтел от неопределённых чувств, Арчи просто веселился на заднем сиденье, зажимая себе рот ладонью, чтобы в голос не заржать и не спугнуть Антоху, а я подумал о том, что гномы всё же разные. Этот вот, несмотря на свою важность, не поленился, снизошёл до нас и походя так разделал под орех — даже мне стыдно стало.
— И, главное, вежливый-то какой! — оценил произошедшее Арчи, принимая от Антохи свой пропуск. — Я и не знал, что гномы такие бывают! Ты уж, юнга, его не подведи!
— Много ты про нас знаешь, — пробурчал Далин, трогая с места и выводя машину за ворота. — Но главное это результат, а результат в нашу пользу! Пропуска выписаны на месяц честь по чести, с расширенным допуском, машина эта в них указана, досмотр машины запрещён, чего ещё хотеть? Через месяц вся эта бодяга закончится, надеюсь, а на гражданский аэропорт этому майору ходу нет, век я его не видел и столько же бы его не видеть, дурака.
— Поехали, опаздываем, — поторопил его Арчи, он откуда-то был в курсе адреса и сроков. — В центр давай, на Чугунную набережную! Там скажу, куда дальше!
Глава 18, в которой герои приобщаются к гномской культуре
Все районы славного города Урзгрима, столицы гномов, имели в своём названии что-нибудь от металла, традиция такая. Но самый центральным, самым важным и красивым местом была, без сомнения, Чугунная набережная. Наверное, из-за того, что к чугуну гномы питали непонятную мне почтительную страсть, мол, с него всё по-настоящему началось, хоть и не факт, что именно им всё и закончится. А может быть, ещё и потому, что и без этих умствований чугуна там хватало. Как на мой взгляд, можно было бы даже и поменьше.
Про чугунные литые ограды и ворота, фонари и цветочные горшки я не говорю, всего этого наблюдалось в избытке, но ведь даже и мостовая с тротуарами была выложена из фигурных чугунных шашек, цеплявшихся одна за другую, как кольца в кольчуге. Да ладно, мостовая, так ведь даже бордюры были чугунные! И, хоть в этой железной сказке ожидаемо главенствовали так дорогие сердцу гномов мотивы диких роз и прочих завитушек, но выглядело это почему-то художественно, мне нравилось. Особенно осенью, когда клёны и рябины добавляли своего огня чёрному металлу.
Антоха прилип к оконному стеклу, он несколько раз бился об него носом, но упрямо, открыв рот от удивления, напитывался впечатлениями. Мы ведь проехали уже несколько километров в редком потоке автомобилей и мотоциклетов, и ему было на что поглазеть. Архитектурный цирк для него начался с яркой Бронзовой Полосы, так называлась защитная стена из множества монументальных домов-крепостей, примкнувших один к другому, с узкими окнами-бойницами в стенах и редкими мощными воротами на въездных заставах, опоясывающая весь этот город.