— Майкл, скажи, как долго я находился без сознания, и что за время моего беспамятства произошло в мире?

Он начал отвечать сразу. Казалось, что он это делал, продолжая о чем-то размышлять. Таким безэмоциональным был его рассказ.

— Ты был без сознания сутки, и доктор сказал, что кроме многочисленных переломов, других серьезных повреждений он у тебя не обнаружил. Полицейского, который тебя избивал, сегодня утром нашли убитым. Кто это сделал, никто не знает, но полиция ищет убийцу очень активно. Даже к нам в офис приходили с обыском. Про твоих противников мало что известно, и то информация только из газет, которые вовсю обсуждают небывалое количество промахов при покушениях на промышленников. Правда, сегодня появилась информация, что промахи прекратились, и у одного из тех, по кому стреляли, убили телохранителя. Говорят, что пуля попала этому телохранителю в голову. И если бы не он, то сегодня появился бы первый труп серьёзного человека. Вроде, как телохранитель прикрыл своим телом подопечного и тем самым спас его от верной гибели.

Сам понимаешь, газетным публикациям доверять не стоит. Но именно после появления этой информации здесь появился этот переговорщик. Больше каких-либо значимых новостей, касающиеся непосредственно тебя, нет. Если таковой не считать поведение наших людей, которых мы распустили из офиса по домам. Когда Стивен позвонил и рассказал, в каком состоянии он тебя нашел, наш разговор слышала моя секретарша. Она отказалась уходить в отпуск и находилась все это время в офисе вместе со мной. Она и разнесла новость среди наших людей. В итоге, сейчас внутри больницы находится два десятка наших вооружённых сотрудников и не пропускают к палате никого из посторонних. Исключение сделали для переговорщика, и то только после моей настойчивой просьбы. Они даже не пустили на наш этаж полицейских, которые появляются время от времени, чтобы узнать о твоём состоянии.

Выслушав Майкла, я только и подумал:

— Как же удачно все складывается. Не знаю, случайно убит телохранитель, или кто-то из ребят целенаправленно решил отомстить за меня, но мне сейчас это только на руку. Тут главное время не упустить, пока стрелки действительно кого-нибудь из промышленников не грохнули.

Эти мысли пролетели со скоростью молнии, и я ещё до конца все не обдумав, попросил Майкла как можно быстрее связаться с Кацманом и пригласить его сюда.

Тот хмыкнул и произнес:

— А что с ним связываться? Он со всей своей адвокатской кодлой здесь находится. Тоже вооружился и изображает из себя командира.

Я чуть не рассмеялся, когда представил себе Исаака с оружием в руках. Интересное должно быть зрелище. Так и рисовалась перед глазами картинка этого еврея в бескозырке и перевязанными крест на крест пулеметными лентами. Я даже удивился бредовости своих представлений. А ещё больше поразился, когда до меня окончательно дошел смысл сказанного. Еврей-адвокат пришёл меня защищать с оружием в руках. Сюр, притом полный. Впору начать гордиться.