— Нет, не так, — покачал головой Скрипач. — Тебе отлично известно, что мы никогда никому не вредили. Мало того, мы никогда не начинали никаких процессов первыми.

— Ага. Плыли по течению, авось, куда-то и донесет, — усмехнулся Ари. — Знаете, что меня тогда, ещё в прежней жизни, в буквальном смысле взбесило в вашей предыдущей паре? Покорность. Какая-то коровья покорность, и подчинение обстоятельствам. «Делай, что должно, и будь, что будет», — произнес он с кривой усмешкой, которая каким-то неведомым образом словно бы состарила его на несколько лет. — Такая покорность, по сути дела, слабость. Вы понимаете? Слабость, унизительная и жалкая. И вот это терпение довело в то время ситуацию просто до края.

— Бойтесь гнева терпеливых, — заметил Скрипач.

— А теперь вы должны сказать, что они сжигают не корабли, а порты, — усмехнулась Вета. — Глупости. Простите, но это глупости, обычный мотиватор из социалок, который одни терпилы перепощивают для других терпил. Фраза есть, не спорю, вот только сожженных портов что-то не видать. Они как стояли, так и стоят, целые и невредимые. А терпилы как сидели по своим норкам, так и сидят. Это было, есть, и будет. Никто никогда не сожжет порты. И не надейтесь.

Ари усмехнулся, и кивнул.

— Верно, Вета, вот это верно сказано, — подтвердил он. — Ваша ипостась действует только тогда, когда её припирают к стенке, да и действием ваши дела можно назвать с большой натяжкой. Но! — он сделал паузу. — Если смотреть на ситуацию с точки зрения сигнатуры Стрелка, всё становится на свои места. И — всё совершенно правильно. Так и должно быть.

— Поясни, — попросил Ит.

— Моя часть работы — это негэнтропия, ваша — энтропия. Одна часть Архэ тянет детали механизма вперед, вторая назад. Все компоненты многократно проверены, и каждый находится на своём месте. И вы, и я. И, да, я это осознаю и принимаю, хотя, конечно, мне это не нравится. Я хочу действия. Вы… ну, вы, кажется, неплохо себя чувствуете и так. Я прав?

Скрипач пожал плечами.

— Возможно, — ответил он. — Хотя, как мне кажется, тут есть о чем поспорить.

— Ой ли? — прищурился Ари. — Есть о чем поспорить? Правда? Сомнительно. Вы всю жизнь плыли по течению, с самого её начала. Вы даже работу себе выбрали на самом первом этапе такую, которая происходила от и до по чужому приказу. То есть вы даже тогда уже подчинялись, и делали это много лет, причем весьма охотно. Дальше, после первого визита на Терру-ноль, вы вроде бы обстоятельствам подчиняться перестали, но… чем это кончилось? Тем, что вы просто меняли локации, снова и снова попадая в подчинение — то этим самым обстоятельствам, то новому начальству, и под начало вы охотно шли сами. Исследования, институты, все эти ваши работы, учеба, смена деятельности, медицина — всегда над вами кто-то стоял, и вами руководил. От жены и госпитального руководства, до обязательств в виде детей, или…