Самая большая нервотрёпка случилось в тот момент, когда я сообщил им о необходимости использовать косметику. Наверное, на Земле мусульмане отреагируют не так экспрессивно, если я им на стол поставлю жареную свинину. Для еретиков такая маскировка оказалась сильным ударом по чести и достоинству. Всё закончилось лишь после того, как я сломал ноги двум самым крикливым после их слов, что они сами всё сделают без меня. А перед этим предупредил Аббая и Фиирда, что проведу освящение алтаря в этот же день, выбрав для этого первый попавшийся булыжник. Поступлю так, если они не приструнят своих вспыльчивых и гордых сородичей.

Наверное, нужно ещё сказать, что одновременно с нашим отрядом из тайного места вышел ещё один. В нём были в основном женщины, дети и старики. Им предстояло совершить двухдневный переход вглубь пустыни до следующего схрона. В старом лагере остались немногие мужчины, юноши и те женщины, что владели оружием на приличном уровне. Всего две дюжины человек. Сделано это было из-за опасения, что по нашему следу придут многочисленные враги. Еретиков и так мало осталось, а при таком развитии ситуации могут погибнуть те, кто слабее всего. К тому же прорываться сквозь кольцо врагов проще без балласта из детей и стариков. Всего лишь предосторожность, но если нам не повезёт, то она поможет спасти многие жизни.

Когда наш отряд подошёл к воротам Нихгрха, то я напрягся, когда увидел стражников рядом с ними. Кажется, мои опасения сбылись: власти поставили на этом важном посту опытных вояк. От того сброда, что находился тут ещё два дня назад, эти парни отличались, как породистые овчарки от дворняжек. Здесь они были нужны, скорее всего, не столько для охраны ворот, сколько на них кое-кто возлагал определённые надежды на их внимательный взор. Что ж, на такой случай у нас имелся подходящий сценарий.

— Фаинэлия, играем роль твоей охраны. Ты — видная дама, иностранка. Веди себя так, чтобы стражники смотрели в основном только на тебя, — тихо сказал я единственной женщине в отряде. — Фиирд, Аббай, вы слышали?

— Да, господин, — в один голос откликнулись они.

— Не подведите. За нашими действиями следит сама создательница, — добавил я. Уже заметил, что упоминание Пристэнсиллы очень хорошо бодрит еретиков, делая из них нормальных людей. И теперь раз от раза стараюсь пользоваться этим «допингом». — И молчите, а то по вашему говору только глухой не поймёт, что вы пустынники. Говорить будем мы с первожрицей.

Про первожрицу я тоже специально ввернул. По мере своих сил стараюсь вложить мысль в головы еретиков, что эльфийка скоро станет правой рукой создательницы в мире смертных. А то очень многие всё никак не желают смириться с этим фактом. И этим меня изрядно бесят. Ведь самих-то уже можно по пальцам пересчитать, а всё борются за мифические плюшки, не упуская шанса подставить единоверца или союзника. Не стану скидывать со счетов, что тут есть и моя вина. Может, не стоило мне заявлять, что создательница направила меня помогать своим верующим. Тогда бы те не загордились и не понапридумывали бы бог знает чего.