— С человеком, который украл у нас телегу и все припасы, даже не оставив ничего на еду, для того, чтобы я не вышел на ярмарку.
Белозёров дёрнулся, открыл рот, чтобы возразить, но я продолжил:
— С человеком, который мешает работать честным людям.
Я кивнул на Машу и Фрола. Фрол поднял голову, посмотрел на Белозёрова с ненавистью.
— И после всего этого у тебя хватает совести предлагать мне работать на тебя? Решил сделать мне одолжение?
Белозёров позеленел от ярости. Руки дрожали, голос сорвался на крик:
— Ты не знаешь, с кем связался! Я раздавлю тебя! Ты больше никогда не сможешь работать в этом городе! Я…
— Заткнись, — перебил я его.
Белозёров захлебнулся, замолчал от шока.
Я сделал шаг к нему, глядя в глаза и прорычал:
— Я разнесу тебя и твою империю.
Пауза.
— Чтобы ты знал, я собираюсь открыть в Слободке трактир. «Веверин». И я сделаю его лучшим трактиром в этом городе. Лучше, чем всё, что есть у Гильдии. Лучше, чем всё, что ты когда-либо видел.
Я сделал ещё шаг, почти вплотную к Белозёрову. Он попятился, лицо побледнело.
— И хрен ты мне помешаешь. Вошь канцелярская.
Глава 18
Белозёров стоял неподвижно.
Лицо из бледного стало мертвенно-белым, как у утопленника. Руки дрожали, сжатые в кулаки. Он дышал тяжело и прерывисто.
Павильон «Золотой Гусь» замер в абсолютной тишине. Повара Кирилла не двигались. Моя команда не дышала. Даже Кирилл сидел неподвижно, смотрел на Белозёрова настороженно.
Потом Белозёров медленно выдохнул и улыбнулся мерзкой, гадливой улыбочкой.
— Вошь канцелярская, — повторил он тихо, почти шёпотом. — Интересно.
Он сделал шаг ко мне, посмотрел в глаза.
— Ты думаешь, ты победил? — спросил он так же тихо. — Ты думаешь, что выиграл спор и теперь можешь плевать мне в лицо?
Я молчал, держал его взгляд.
— Я уничтожу тебя, Александр, — продолжил Белозёров, голос стал жёстче, громче. — Я сгною твой трактир прежде, чем ты забьёшь первый гвоздь. Я перекрою тебе все поставки в этом городе. Никто тебе ничего не продаст кроме гнили.
Он наклонился ближе, почти шепнул мне в лицо:
— Твои дети будут есть гниль, Александр. Твоя драгоценная команда будет голодать. И когда ты приползешь ко мне на коленях, умоляя о работе, я плюну тебе в лицо и захлопну дверь.
Маша за моей спиной вздрогнула. Варя прикрыла рот рукой.
Я не шевелился. Смотрел на Белозёрова спокойно и улыбался, что раздражало его еще сильнее. Он хотел сказать что-то еще, но в этот момент послышались тяжелые, уверенные шаги сзади.
Подошедший капитан Ломов, встал рядом со мной, посмотрел на Белозёрова холодно.
— Господин Белозёров, — сказал Ломов негромко, но голос прозвучал жестко и многообещающе. — Я, капитан городской стражи Ломов, зафиксировал прямую угрозу жизни и здоровью граждан города. Лучше бы вам крепко подумать о том, что вы только что сказали.