— Этот пойдёт, — сказал я, оценивая жирность на ощупь. — Главное, чтобы плавился хорошо и давал корочку.
Я поставил горшки в печь, на самый жар.
— Пять минут, — сказал я.
Мы все стояли, не отрываясь глядя на устье печи. Ждали.
Запах начал меняться. Сыр плавился, шипел. К аромату карамелизованного лука и бульона добавился мощный дух жареного сыра и чесночных гренок.
Дзинь!
Перед глазами вспыхнуло сообщение Системы. Я едва заметно улыбнулся.
Создан новый рецепт: Луковый Суп «Королевский»
Качество: Шедевр
Примечание: Идеальный баланс вкусов, достигнутый из простейших ингредиентов.
Эффекты:
Глубокое тепло: Мгновенно снимает эффекты холода и легкого обморожения.
Сытость: Высокая питательность при малом объеме.
Эмоциональный резонанс: Вызывает чувство глубокого уюта и доверия к повару.
Получено +500 ед. опыта за создание Шедевра
Получено +100 ед. опыта за технику «Карамелизация»
Через пять минут я достал горшки щипцами. Сырная корочка была идеальной — золотисто-коричневая, местами с подпалинами.
Аромат ударил в нос такой силой, что все на кухне — и Кирилл, и Иван, и повара — непроизвольно сделали шаг вперед, вытягивая шеи.
Я поставил дымящиеся горшки на стол. Оглядел их ошарашенные лица.
— Пробуйте.
Глава 24
Иван первым разбил сырную корочку — она хрустнула, как тонкий лёд. Под ней — густой, дымящийся, темно-коричневый суп.
Он зачерпнул. Подул. Попробовал и замер. Ложка так и осталась у рта.
Иван не двигался, глядя в одну точку. Его лицо, вечно хмурое и скептичное, вдруг разгладилось, стало растерянным, как у ребенка.
Он медленно проглотил. Моргнул. И тут же, без слов, зачерпнул вторую ложку. Потом третью и начал есть жадно, быстро, забыв про манеры.
— Ваня? — тихо позвал пожилой повар.
Иван опустил ложку и посмотрел на меня шальным взглядом: — Это не лук… — прохрипел он. — Этого не может быть. Здесь же нет мяса. Почему это вкуснее, чем моя телятина?
Молодой повар тоже попробовал. Его глаза округлились.
— Магия… — выдохнул он. — Сладкое, соленое… оно тает!
Тишину на кухне разорвал звон ложек. Остальные повара набросились на горшки. Скепсис исчез мгновенно. Остался только голод и шок.
Кирилл взял свою порцию последним. Он отправил ложку в рот. Закрыл глаза и застыл, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Прошла секунда. Две.
Кирилл открыл слегка увлажнившиеся от невыразимого облегчения глаза.
— Двадцать лет… — прошептал он, глядя в пустой горшок. — Двадцать лет я искал этот вкус по всему свету. В дорогих продуктах, в специях…
Он поднял на меня взгляд. В нем больше не было гордыни управляющего. Только уважение ко мне.