Момоти угрюмо промолчал.

Я смотрел на них и чувствовал, как внутри закипает холодная решимость. Кража. Не убийство — я бы не смог хладнокровно зарезать спящего человека, даже если бы это спасло всю Ига. Не разведка, где можно ошибиться и принести неточные сведения. Кража — это что-то среднее. Навык, которым я никогда не владел, но… Нейра…

Джипитишка молчала, но я чувствовал, как она уже просчитывала маршруты, оценивала риски, искала уязвимости там, где я видел только стену.

— Я подумаю над вашей просьбой. — сказал я.

Хаттори приподнял бровь. Момоти усмехнулся. А Фудзибаяси нахмурился.

— Подумаешь? — переспросил последний. Голос его стал жестче. — Время не ждет, мальчик. Каждый день промедления — это новый камень в стенах врага. Мы не на ярмарке, где можно торговаться до вечера.

— Если меня схватят, — я посмотрел прямо на Хаттори, игнорируя остальных, — Каковы гарантии, что вы меня вызволите? Я ведь буду действовать по вашему приказу…

Хаттори покачал головой. Медленно, но твердо.

— Если тебя схватят, ты будешь один. Таков путь тех, кто работает в тени. Совет ничего не знает, Совет никого не посылал. Ты — сам по себе. Таков порядок. И если такое случится, советую тебе держать язык за зубами, если тебе дорога Каэдэ и люди из Танимуры. — Он помолчал, давая мне осознать всю мою незавидную участь в случае провала. — Но если вернешься с чертежами, имя твое впишут в свитки Ига. Это немало. Ты станешь не просто учеником бродячего ямабуси, а человеком, которому кланы доверяют свои тайны. Мы выделим тебе землю, и ты будешь спокойно жить под нашей дланью.

— Понятно… — я кивнул. Помолчал еще немного, давая им почувствовать, что решение дается мне нелегко. Потом сказал:

— Я сделаю это. Но у меня есть условие.

— Говори, — разрешил Хаттори с легкой тенью любопытства в голосе.

— Мой учитель останется здесь. И пока меня не будет, он должен быть в безопасности. Если со мной что-то случится — это моя плата. Но если со мной ничего не случится, а с ним — да, я вернусь и спрошу. С каждого из вас.

Момоти хмыкнул — но в этом звуке не было насмешки, скорее одобрение. Фудзибаяси усмехнулся в усы. Хаттори смотрел на меня долго, изучающе. Потом медленно кивнул.

— Нобуро и так наш друг, парень. А ты ставишь условия. Но это говорит о том, что ты ценишь тех, кто тебе дорог. В Ига это понимают. — Он сделал паузу. — Твой учитель будет под защитой клана Хаттори, пока тебя нет. Я лично прослежу.

— Благодарю. — я сделал легкий поклон.

— Тогда слушай дальше. — сказал Хаттори и повернулся к Фудзибаяси. — Твои люди будут готовы завтра на рассвете?