бортике будущего фонтана, заполняя рабочий журнал. На ней был теплый, объемный вязаный кардиган крупной вязки, который она уютно запахнула на груди. Налетевший порыв ветра принес запах цветущей сирени и... знакомый рокот дорогого мотора. На территорию въехал черный внедорожник Руслана. Майя подняла голову, чувствуя, как сердце привычно пропустило удар. Руслан вышел из машины, захлопнув дверь. На нем не было куртки — только белоснежная рубашка с закатанными по локоть рукавами и расстегнутым воротом. Он выглядел уставшим после тяжелого бизнес-дня, но когда его взгляд наткнулся на Майю, сидящую в полумраке сада, его лицо смягчилось. Он пошел к ней через газон. Шаг за шагом. Уверенно, по-хозяйски. — Почему ты еще здесь, Майя? — спросил он, остановившись в паре шагов. Его голос в вечерней тишине звучал особенно глубоко. — Время девятый час. Твой рабочий день давно окончен. — Хотела дописать отчет по посадкам, пока всё в голове, — Майя попыталась улыбнуться, закрывая блокнот. — Завтра привозят редкие японские клены, нужно подготовить места. Руслан не ответил. Он подошел еще ближе, забирая из её рук блокнот и ручку, и безжалостно отбросил их на траву. Майя удивленно вскрикнула, поднимаясь с каменного бортика. Теперь она стояла лицом к лицу с ним. В сумерках его глаза казались абсолютно черными, и в них бушевал настоящий шторм. — Хватит работать, Майя, — тихо, сдерживая внутреннее рычание, произнес Громов. — Ты изнуряешь себя и твои формы... черт возьми, ты сводишь меня со ума. Он сделал последний шаг, сокращая расстояние между ними до нуля. Майя почувствовала, как его бедра уперлись в её бедра. Из-за разницы в росте ей пришлось сильно закинуть голову, чтобы смотреть на него. — Руслан Игоревич... — прошептала она, теряя волю. — Мы на работе... — К черту работу, — Руслан резко перехватил её за талию обеими руками, прижимая к себе так сильно, что Майя ощутила каждый изгиб его натренированного тела. — Я две недели держу себя в руках, Майя. Две недели смотрю, как ты ходишь по моему саду, покачиваешь этими роскошными бедрами, и не могу спать. Ты снишься мне каждую ночь. Твое тело... оно создано для любви, для моих рук. Я сыт по горло пластиковыми, тощими куклами, от которых тошнит. Ты настоящая. Роскошная. Его слова ударили прямо по израненному эго Майи, исцеляя старые шрамы. Он хотел её. Этот сильный, властный мужчина хотел именно её тело, её объятия. Руслан не стал больше ждать. Его большая, горячая ладонь поднялась к её затылку, пальцы запутались в каштановых волосах,