— Где сейчас мои компаньоны? — одеваясь, поинтересовался я у Марии.

— Сидят в приёмной, как три нашкодивших котёнка, — хмыкнула она.

— В смысле?

— Когда дело завершилось, они так отметили победу, что просто дым коромыслом. Если бы не их заслуги с Батал-пашой, то посмешище всему полку. Все потешаются, мол, как это они ещё под себя гадить не стали, до таких соплей напились. Два дня в себя не приходили, а там уж я поняла, что это запой, и велела посадить их под арест. С одной стороны, они, конечно, герои. И тебя спасли, и туркам перца под хвост изрядно подсыпали. Но терпеть такое непотребство я не готова. А с утра они попросились к тебе. Вот и сидят, ждут, когда ты в себя придёшь.

— А Успенский? — спохватился я.

Бог с ними, со слетевшими с нарезки алкоголиками. Известное им это, конечно, важно, и распространение сведений создаст серьёзные проблемы. Но то, что знает Иван Артёмович, это куда большая проблема. У него в руках ведь сосредоточена вся служба безопасности. Я доверял ему целиком и полностью, потому что был уверен в его абсолютной преданности. Именно к нему тянутся ниточки от «Поводков», амулетов, вживлённых всем одарённым полка, и не только. Его люди занимаются систематической выборочной прослушкой. И он контролирует всех двойных агентов.

Подмятый под мою руку экспедитор Тайной канцелярии это ходячая катастрофа. И главное, уйти ему не составило бы никакого труда, потому как у него имеется и амулет среднего портала, и запас заряженных алмазов. Да он в мгновение мог отправиться с докладом к Шешковскому.

— А что не так с Иваном Артёмовичем? — склонила головку набок Мария.

— Всё зависит от того, где он сейчас и чем занимается.

— Насколько мне известно, обустраивается в Тайном приказе. Это я по его предложению создала такой. Почти как Тайная канцелярия. Забавно, правда? Он под это дело выбрал дом ушедшего из города турецкого купца. Не окраина, но и не центр, эдак серединка на половинку.

— Ты помнишь, что он экспедитор Тайной канцелярии?

— Помню, конечно. Но он уже отправил прошение об отставке со службы, благо давно выслужил положенное и дал мне вассальную присягу с наложением узора «Верности».

— От-тано как. — Я даже присел от удивления. — Где мои амулеты?

— В подсумках на поясе, где же ещё. Ногаи не успели до них добраться.

Я отыскал взглядом пояс, открыл соответствующий подсумок и, выбрав нужный «Разговорник», нацепил его за ухо.

— Иван Артёмович, — вызвал я своего безопасника.

А своего ли? Что он задумал? Впрочем, тяжко будет что-то умышлять, если принял «Верность». Всё же это подразумевает весьма серьёзные ограничения. Но он сделал этот шаг. Зачем? Ведь мог просто сбежать, избавившись при этом от своего «Поводка».