— Князь как-то говорил, что по древнему договору у вампиров есть право на охоту и оспаривать его — значит нарушить равновесие, — глухо ответила Всеволжская. — Я не понимаю, какую именно информацию вы хотите получить от меня.

— Про договор вы верно подметили, не спорю, — Эдик демонстративно поморщился, но продолжал стоять на своем. — Однако в том договоре ни слова не говорится про бесконтрольные убийства. Более того, я читал изначальный текст, и в нем сказано, что вампиры обязаны стараться сохранить жизнь своим жертвам. А вообще, меня удивляет, что вы так переживаете за эту расу. Мне почему-то казалось, что вы из другого лагеря. Или нет?

— Из другого, — опустила взгляд Всеволжская. — Но моя жизнь сложилась таким образом, что я долгое время находилась рядом с ними. И убеждена, что слова «вампир» и «плохой» не являются синонимами.

— Вот давайте об этом и поговорим у меня в кабинете, — с воодушевлением согласился с ней Эдик. — Заодно подумаем, как можно помочь этой несчастной девушке.

А вот, кстати, интересно, куда Эдик денет Ингу, если всё-таки решит, что она достойна наказания? Как-то я за всю свою жизнь ни разу не слышал про тюрьмы для сущностей из потустороннего мира. Нельзя же, в самом деле, сажать в женскую колонию потомственную ведьму. Она же сбежит оттуда буквально через два дня. Причем даже не сбежит, а выедет на автомобиле с почетным эскортом.

Или как поступать с теми же самыми вампирами? Определить их на зону, где можно пить кровь днями и ночами? Явно плохая идея.

Но как тогда поступать с преступниками из этого социума? Бывают же случаи, когда ведьмак или ведьма откровенно зарвались. Всех без разбору убивать? Даже кикиморы и болотники имеют право на жизнь, пусть делать зло и заложено в их природу.

Или всё-таки есть некое сакральное место, куда ссылают провинившихся? Фантазия рисовала древний монастырь, причем почему-то где-то на крайнем Севере. Потом я понял, что в воображении встают картины из фантастического фильма про Гиперборею и начал прикидывать какие-нибудь более реальные варианты.

Погруженный в свои мысли, я как-то неожиданно быстро добрался до парковки, где скучал Мирон в своем роскошном автомобиле. Степан потерялся сразу после выхода из квартиры, а Эдик задержался вместе с Всеволжской — ведьме потребовалось собрать какие-то мелочи.

Кстати, увидевший меня Саша обрадовался неимоверно. С его слов я понял, что сила служебной ксивы оказалась сильно преувеличена. Нет, на два полицейских патруля она подействовала как надо, и блюстители порядка, взяв под козырек, убрались несолоно хлебавши.