— Пули очень быстрые, — не задумываясь ответил я. — Они летят быстрее скорости звука и точно поражают цель на расстоянии. А хуже всего то, что против них не придумана защита. Практически любой доспех, кроме артефакторного, пробивается без особых проблем. И да, пистолетом может воспользоваться обычный человек. Не одарённый.

— Всё верно, — кивнул Бронислав. Положил «аллигатора» на стол, взял одну из мишеней и направился в противоположный конец зала. — Ты прав, из пистолета может стрелять кто угодно. Для этого не нужно оперировать энергией ки. Поражающая способность выше, чем у кинетиков, пиросов или криомантов. Если не промахиваться, конечно. Более того, тебе не составит труда при наличии денег наладить массовое производство подобных устройств. И что мы получаем?

— Передел власти, — ухмыльнулся я. — Одарённые не выживают. Армия людей, вооружённая этими штуками, легко уничтожит бесов, мет, кинетиков… да и всех остальных.

— И это не самое дальнобойное устройство, — Бронислав прикрепил мишень к стойке, отдалённо напоминавшей мольберт. — Есть ружья, винтовки, автоматы. Где-то выше дальность поражения. Где-то — скорострельность. Мета не сможет уклониться от пули. Пирокинетик не успеет применить Дар и сжечь врага. Прыгун не телепортируется прежде, чем противник нажмёт на спуск.

— Всё это мило, — усмехнулся я, — но вы сами и нарушаете свой баланс.

— Думаешь? — Бронислав направился обратно.

— Конечно. Огнестрел применяется вами. И в Пустоши. На планете его больше, чем десять лет назад. Я читал документы, к которым открылся доступ.

— У нас нет выбора, — отрезал инквизитор. — Чтобы противостоять угрозе, надо быть с ней на равных.

— Это прогресс, — хмыкнул я. — Закон Меча устарел.

Расслабленное выражение сползло с лица Бронислава.

— Не тебе об этом судить.

Слова упали подобно тяжёлым камням.

— Да мне пофиг. Я люблю тварей убивать.

Бронислав успокоился и посмотрел на меня с долей интереса.

— Странный ты парень, Ростислав.

— Какой есть.

Я не соврал. Мне вообще насрать, кто победит в этой крысиной возне. Одарённые, люди… В Разломах водится такая дичь, что этот мир сожрут за пару часов и не подавятся. Здешнее человечество могло бы выжить, будь у них маги моего уровня. Да, железками махать научились, а вот убивать по-настоящему сильных врагов…

Меня не отпускает мерзкое чувство, что я зря трачу время на инквизицию.

Но это не точно.

— Давайте уже постреляем, — нарушил я затянувшуюся паузу. — Мы ведь для этого сюда пришли?

— Для этого, — инквизитор довольно ухмыльнулся. — Смотри…

Из тира я вышел примерно через полтора часа.