— Закатываем под асфальт, — подсказали с галёрки.
Вздохнув, я отдал приказ Вжуху.
Котоморф и рад стараться — отрастил щупальце вместо лапы, захлестнул ногу одного из придурков и резко дёрнул. Парень упал на асфальт и с ужасом уставился на расширяющуюся пасть неведомой твари. Когда нужно, Вжух умеет разрастаться.
Лидер попятился.
Остальные — тоже.
А вот я шагнул вперёд, разрывая дистанцию с вожаком, одновременно врубил усиление, схватил аристократа за грудки и приподнял над землёй. Вжух продолжал отыгрывать роль кровожадного монстра за моей спиной.
— Прекрати! — не выдержал один из нападавших.
Ноги аристократа болтались в нескольких сантиметрах от тротуара.
— Ты хотел поговорить о спешке, — смотрю в расширившиеся от ужаса глаза недоноска. — Давай-ка выясним, как далеко можно уйти с переломанными ногами.
Лицо аристократа покраснело.
Внезапно я почувствовал пустоту — упырь телепортировался в неизвестном направлении.
Сбежал.
— Жалкие недоноски, — прокомментировал я ситуацию. — Идём, Вжух. Полакомишься ещё кем-нибудь по дороге.
Котоморф отпустил семинариста, уменьшился в размерах и превратился в обычного кота.
Я двинулся мимо притихших первокурсников.
Глава 21
— Тебя можно поздравить?
— Вроде того, — улыбнулась Варя.
Мы только что покинули владения инквизиторов, предупредив коменданта жилого сектора о выезде. Фурсову записали под мою ответственность.
Варя успела встретиться со своим стряпчим, подписать и пропечатать нужные бумаги, и теперь она могла себя называть главой Рода Фурсовых. По совместительству — единственным представителем. В отличие от меня, у девушки на момент вступления в законные права имелась родовая печатка. Думаю, она выполняла задания отца и управляла частью процессов, но это не точно.
— И где она? — девушка осматривала стройные ряды припаркованных машин.
Вжух семенил рядом.
Машины котоморфу не нравились. Причём эта неприязнь была стойкой и не проходила со временем. Нет, он любил сидеть внутри и рассматривать проносящиеся мимо дома, но от чужих авто ждал любого подвоха. Быстрые бронированные твари, против которых не работают когти и клыки — так он видел достижения нашей цивилизации.
— Вот, — я указал на свою «Таврию».
— Крутая тачка, — оценила Фурсова. Её взгляд был прикован к люксовому внедорожнику, возвышающемуся над моей колымагой, словно недостижимая горная вершина.
— Нет, — я ухмыльнулся и разблокировал двери своей малютки. — Всё проще и прозаичнее.
Лицо девушки погрустнело.
В салон она влезла чуть ли не с выражением брезгливости.
Устроившись поудобнее в водительском кресле, я запустил автопилот. И назвал адрес родовой усадьбы Фурсовых, где побывал с «дружественным визитом» ещё в августе.