— Я думал, он не берёт послушников, — добавил ещё один, застёгивая петли рубахи. — После той истории.
— Много лет не брал, — подтвердил третий. И, повернувшись ко мне, добавил: — Ты, главное, продержись первые полминуты, парень. Тогда могут засчитать техническую ничью.
— Не засчитают, — прокомментировал крепыш с разбитой бровью. — Вы слышали, побеждает тот, кто остаётся на ногах.
— Тогда пипец котёнку! — заржал тот, что назвал Бронислава тронутым.
Я проигнорировал этот трёп.
Из раздевалки мы вышли в узкий и длинный коридор, а оттуда — на арену. Главным сюрпризом оказалось то, что из песка торчали деревянные столбы. Или брёвна, как вам больше нравится. Здесь, в мире, где все помешаны на восточных единоборствах, пять столбов винчун вкопаны едва ли не в каждом дворе. Вот только на арене их было не пять. Гораздо больше. Широкие и узкие, низкие и высокие. Я насчитал больше тридцати, потом сбился и кинул дурное занятие.
— Забыл предупредить! — раздался голос Бронислава. — Сегодня в программе небольшое усложнение. Вы же не против?
Другие наставники одобрительно закивали.
— Их что, вкопать успели за полчаса? — спросил я.
— Они выдвижные, — бросил через плечо лысый и в три прыжка оказался наверху.
— Претендент в центр, — отдал приказ мастер-оружейник.
Я начал неспешно карабкаться по столбам, изображая из себя задохлика. Даже попыхтел маленько, словно мне мешает избыточный вес. По дороге напитал мышцы силой и выставил слабенький доспех. Такой, чтобы меня с первого удара не отправили в нокаут.
Один из моих противников взлетел на столбы, даже не напрягаясь. Как в тех китайских боевиках, что пачками штампуют в Шанхае. Сразу понятно — левитатор.
Третий семинарист исчез, а затем материализовался на дальних столбах.
Прыгун.
Я, неспешно перепрыгивая с кольца на кольцо, перебрался в центр. Здесь столбы образовывали небольшую возвышенность, что позволяло чувствовать себя царём горы.
— Жечь противников запрещено, — предупредил Бронислав. — Нельзя летать, уклоняясь от боя и больше трёх секунд не иметь точки опоры. Телепортация без ограничений. Эмпатия — без ограничений.
Ясно.
Значит, лысый — эмпат.
Я замер, окружённый противниками.
— Чего стоим? — раздался голос оружейника. — Размажьте его!
Глава 12
Мои противники действовали предсказуемо.
Прыгун исчез, чтобы материализоваться на двух соседних столбах. Левитатор взмыл в воздух. Эмпат остался на месте, но я чувствовал на ментальном уровне его липкие прикосновения. Выжидает, изучает.
Летуна я отшвырнул воздушным щитом.
Прыгуну сразу зарядил в колено, выбивая опорную ногу.