— Занимался тем, что важно.

— Важно? — переспросила Айминь, скрестив руки на груди. — И как ты собрался размахивать мечом в тесных помещениях?

— Я готовился не к этому.

— А к чему?

— К монстрам.

Несколько долгих секунд китаянка сверлила меня взглядом.

— Тебе восемнадцать. Изгнанник, пару лет провёл в экспедициях. И за это время научился валить туннельщиков? В досье сказано, что у тебя долго не проявлялись родовые способности. Отсюда — конфликт с отцом. Граф Володкевич собирался передать бразды правления кому-то из младших детей.

— Собирался, — я встал на ноги.

Волны ки распространялись по моему телу, восстанавливали силы, залечивали гематомы и растяжения. Вот что значит — третья оболочка.

— И? Не хочешь объяснить?

Мы приняли боевые стойки.

— Я скрывал свои способности от отца.

Китаянка ничем не выдала удивления.

Мы быстро сошлись, обменявшись молниеносными ударами. Разговор начал меня напрягать. Поэтому, напитав мышцы силой, я провёл стремительную атаку и зарядил карательнице по рёбрам.

— Ты двигаешься быстрее, — оценила Айминь, слегка поморщившись.

— Учусь.

— Не пори чушь. Энергия аж бурлит вокруг.

— Совпадение.

— Так что с твоими способностями? Почему скрывал?

— Не было желания возглавлять Род. Это было нужно отцу. А меня всегда привлекала Пустошь. Неведомое. Тяга к приключениям.

— Тяга к приключениям? — хмыкнула Айминь. — Ну-ну.

Мы дрались в обычных ифу.

В Пустоши Бронислав не выдвигал жёстких требований по форме одежды. Поэтому каратели разгуливали по Крепости в спортивных костюмах, шортах и футболках. Все, кроме самого Бронислава.

Разговор с Дин состоялся на исходе первой недели экспедиции.

А через три дня Крепость атаковали радужные змеи.

Я был у себя в каюте, которую делил с братом Рикером — тем самым тридцатилетним инквизитором, что прибыл в доки вместе с Валерием и Асаби. Инквизитор был свойским парнем, обожавшим карточные игры. Вечерами мы рубились в покер и вист на минимальных ставках. Или на интерес. Так я проиграл дежурство по камбузу, но выиграл двойную уборку санузла.

Змеи полезли на броню, когда я был погружён в учебник по криптоистории.

Рикер медитировал, сидя на заправленной койке.

В этот момент по ушам резанула сирена.

— Твари на обшивке! — раздался из динамиков голос старпома. — К оружию!

Не успел я опомниться, как Рикер уже натягивал рясу. Я же схватил родовой меч и выбежал в коридор — босиком и в спортивном костюме.

Сирена вспарывала тишину истошным воем.

Под потолком мигали аварийные лампочки.

Обнажив клинок, я призвал котоморфа. Вжух, насколько мне было известно, слонялся в окрестностях камбуза, выпрашивая у кока соевый соус.