— Здрасьте, благородие, — произнесла девочка и смешно склонила головку.

— Ваше благородие, доброго дня, — произнёс парень, поморщившись и потерев поясницу. Было видно, что ему больно — видимо, его избили.

Из всей троицы только девочка была невозмутима и весела — видимо, не понимала, что происходит. Хотя, признаться, Зиновий тоже не понимал, что там у них стряслось.

— Вы отведёте нас к господам Пылаевым? — спросила женщина, поглядев искоса на Зиновия.

Паладин кивнул.

— Да, хозяйка, — произнёс он. — Забирайтесь в автобус.

Парень испуганно поглядел на Зиновия.

— Вы нас в рабство увезёте к культистам? — спросил он с таким искренним ужасом, что паладин опешил.

— Что ты несёшь, парень? Ты не видишь, кто перед тобой стоит, что ли? — хмуро произнёс Зиновий. — Я паладин и призван защищать людей, а не травить их ядом поклонников изнанки. Ты такие слова при себе держи.

— Ну, господин Лисин сказал, что… — начал было парень, но тут же махнул рукой. — Извините.

— Помолчи, — произнесла вдруг женщина. — Не здесь же. Давай, пошли скорее в автобус.

Стоило им погрузиться, как Зиновий принялся разворачиваться, чтобы поскорее уехать подальше от этого места.

— Как вас зовут? — Спрсоил Зиновий.

— Меня Елена, — представилась женщина — А это Анечка, моя дочь.

— Я Стёпа, — отозвался парень, охнув, когда автобус наехал на кочку.

— Что у вас произошло? — спросил Зиновий, выруливая на дорогу.

— Это всё гвардейцы Лисиных, — начала рассказывать женщина. — Вызвали наших мужиков, и меня в том числе, стали говорить, что у Пылаевых совсем дела плохи и они стали людей культистам продавать. Я сказала, что это вздор, и Александр Филиппович никогда бы такого не сделал, так меня чуть не избили, сказали, что выгонят за пределы деревни, чтобы меня твари порвали.

— Да что за бред вы несёте? — произнёс Зиновий, даже повысив голос от негодования. — Вы же сами видите, — он показал на виднеющийся пейзаж за окном, — нет никаких здесь тварей.

— Я это знаю, я с мужиками общаюсь, да и сама часто хожу в лес. Но остальные наши боятся выходить наружу, считают, что здесь совсем настал конец света, и твари ходят, как у себя дома. А гвардейцы эти слухи только раздувают.

— Да уж, ну и произвол у вас там творится… — протянул Зиновий, крепче сжав руль.

Стоило проехать сто метров, как женщина подошла к Зиновию:

— Ваше благородие, — попросила Елена, — а можете вот у той берёзки остановиться и постоять немного, — произнесла женщина.

— Это ещё зачем? — спросил он, оглядываясь по сторонам с некоторым подозрением.

— Там наши ребята, которых не отпустили. Сказали, что лучше сдохнут, чем останутся в Колодцах с такими-то хозяевами. Какой бы Пылаев плохой не был, он себе такого не позволял, людей не обманывал, вот они решили уйти, — прошептала она.