— Ну что, ребята, — оглядел своих архаровцев Фёдор. — Придётся нам и вправду самим брать оплату. Нас, похоже, всерьёз не воспринимают. Считают, что мы, как гвардия, плохи, и как воинов нас не ценят. Надо развеять этот миф.

Пока Фёдор разглагольствовал, я, недолго думая, выхватил револьвер и открыл огонь. Первым делом попытался подстрелить самого Фёдора, целясь прямо ему в лоб. Однако он оказался неожиданно прытким — молниеносно уклонился, словно предчувствовал мой выстрел.

Заряженный энергией снаряд пролетел мимо и попал в стоявшего рядом неодарённого. Тому не поздоровилось — голова лопнула, как перезревшая тыква, разбрызгивая содержимое черепа во все стороны. Неприятное зрелище, признаться, но он сам выбрал свой путь. Хотел указать место аристократам — теперь пусть не обижается, что сам отправился на тот свет. Смерть была мгновенной, и это последняя оказанная ему милость.

Дмитрий тоже не стал долго рассуждать. Широко раскрыв рот, он выпустил такую плотную струю пламени, что любой дракон из древних сказаний позавидовал бы. Глаза его вспыхнули жутким гневом, а волосы затрепетали от невыносимого жара, словно сами обрели жизнь.

Двое одарённых, стоявших перед ним, кое-как укрылись за энергетическими щитами, но пламя ревело и билось о них тугим потоком, заставляя щиты мерцать и постепенно тускнеть под натиском огненной стихии.

Руки Алисы тоже запылали, и в них материализовались огненные плети, оставляющие в воздухе огненные следы. Они извивались, словно живые существа, жаждущие вкусить крови врагов. Каждый взмах её руки отправлял огненную плеть в сторону противника, причиняя страшные ожоги тем, кто не успевал уклониться.

Гвардейцы тоже не стояли на месте — в их руках застрекотали автоматы, выплёвывая смертоносные очереди в нашу сторону. Воздух наполнился запахом пороха и свистом пуль. Другая часть воинов, видимо предпочитающих ближний бой, выхватила мечи и двинулась на нас решительным шагом.

Дима тут же закрыл Алису своим телом, а в его щит ударили сразу несколько автоматных очередей. Всё же гвардейцев было многовато для нас троих. Благо щит у Димы был надёжный — энергетическая оболочка замерцала переливами синего, но все очереди выдержала, не пропустив ни единой пули.

Я уже шёл в атаку, и плевать, что против меня стояло чуть меньше тридцати человек. Адреналин бурлил в крови, придавая движениям уверенность. Я уже успел прострелить из револьвера четверых, и те валялись с ранениями разной степени тяжести. Двоих убил наповал — один рухнул с дырой во лбу, второй с пробитой грудью, хрипя и пытаясь остановить кровь. Ещё двоих удалось ранить: одному оторвало руку по локоть — она отлетела в сторону, разбрызгивая кровь, а второму мой револьвер проделал дыру в плече размером с кулак. Ещё одному я попал прямо в автомат — оружие вырвало из рук вместе с парой пальцев. Ранение несерьёзное, но он теперь точно не боец — остался с визгом кататься по полу, зажимая культю.