Можно было бы отправиться на подмогу, но я остался рядом. Отчего-то не хотелось оставлять Луизу одну. Да и Злобина тоже. Почему-то мне казалось, что я должен находиться именно здесь.

К тому же Дима стоял рядом, обеспокоенно глядя то на меня то на Луизу, то на меня. Он явно не понимал, почему бывшая горничная Пылаевых, подозреваемая в том что она ассасин, теперь ещё и повелительница культистов.

Ну ничего, пусть поломает голову. Главное, что он под присмотром и не лезет в бой.

Тем временем, там развернулась жаркая битва, и наши явно побеждали. Я несколько раз замечал Линдермана, который, как ни удивительно, был вне себя от счастья. Он был в гуще великого боя, в котором имел шанс одержать победу.

— А ты чего не идешь? — спросил я Степана Медведева.

— Я с вами побуду. Там серьёзная битва, но думаю, что здесь намечается, что-то куда более важное, — ответил он. — Не хотелось бы пропустить. Да и вас одного оставлять не дело.

Я лишь кивнул ему.

Так мы и стояли вокруг защитного кокона, внутри которого находилась Луиза. Она вдруг впилась пальцами в землю под ногами, вырвала кусок земли, смяв его в ком и швырнула в Злобина.

Граф даже бровью не повёл, несмотря на то, что грязь прошла сквозь его защиту. Он сосредоточенно продолжал удерживать девушку и разрушать её защиту.

— Прочь! — обессиленно произнесла Луиза. Затем собрала новый ком. Швырнула в Сегемира Златоустова — Прочь! — сказала.

Кусок земли попал на белоснежный плащ инквизитора, оставив на нем черные разводы. Златоустов будто ещё сильнее разозлился из-за этого и со всего размаху вновь ударил мечом по куполу.

— Дрянь, — прорычал он, будто всерьез расстроившись из-за испорченной мантии. — Ты же понимаешь, что это вопрос времени. Мы добьем тварей, добьем оставшихся культистов, пока ты будешь здесь прохлаждаться. А потом у тебя закончится энергия, и мы тебя возьмем и повесим, — прошипел Златоустов.

— Прочь!

Третий ком полетел в меня.

— Возвращайся откуда пришел. Прочь! — прокричала прокричала Луиза.

Я не стал уворачиваться от этого комка земли, хоть и мог, и он попал мне на ботинок, а следом произошло то, что я никак не мог ожидать. Земля вдруг стала впитываться в меня. Я застыл на месте, глядя как комок земли начал раскрываться, будто превращаясь в новую червоточину.

Заметив это, Виктор было дернулся в мою сторону, но остался на месте, он никак не мог помочь — вместе с другими паладинами он читал заклинание сдерживания.

— Роман Михайлович, что это? — произнес я, попятившись. Впервые за всё время, я был в растерянности. В любом случае, происходило явно что-то ненормальное. Потому что это был не простой ком — это был кусочек изнанки, который сейчас раскрывался. И сбегать в изнанку была явно не самой лучшей идеей. Ведь от чего-то мне казалось, что это ловушка. И она просто поглотит меня.