Дима был хмур и серьезен, смотрел в упор твердо и жестко.

Когда-то давно, точно так же, на нерадивого сына Александра смотрел и его отец — Филипп, бывший глава рода.

Дмитрию этот разговор дался очень нелегко, как и решение. Он действительно считал, что тот, кто достоин быть главой рода Пылаевых, ныне без вести пропал. Вероятнее всего, попросту погиб.

В нём теплилась надежда, что однажды Костя вернется. Но стоило быть готовым и самому взять ответственность на себя. Ждать того, что придет кто-то, возьмет все эти сидела в свои руки — наивно. Нужно и самому сделать что-то. Стать гордостью, и показать, что Дмитрий Александрович Пылаев тоже на что-то способен. Алиса, порывисто поднявшись, встала возле брата и положила руки ему на плечо.

— Дима справится! Лучше, чем кто-либо. Я верю в него. И он уже показал, что на многое способен. Отец, у тебя много талантов, но стоит смотреть правде в глаза. К сожалению, твоё правление оказалось не самым эффективным для нашего рода. Отступись.

Татьяне Пылаевой, которой эти слова было особенно тяжело воспринимать, держала нейтралитет. Ей не нравилось то, что задумали её дети, но было ясно, что такое решение было продиктовано не заносчивостью, не властолюбием, а здравым смыслом. Она тоже не могла дальше наблюдать, как их род медленно скатывается к безвестности.

Тяжёлый разговор закончился. Александр Филиппович сдаваться не хотел, но не спорить же с собственным сыном, и он взял время на подумать. В любом случае, для того, чтобы вернуть его к жизни, требовалось сделать очень многое, и стоило это огромных денег, которых сейчас у Пылаевых, попросту не было. Поэтому подумать действительно было о чём.

Алиса, ещё раз одобрительно кивнув брату, отправилась в свою комнату. Там она улеглась на кровать, прижав к груди небольшой амулет, подаренный когда-то Константином Пылаевым. Это было такой глупостью, он ведь никто — безродный приживала, которого зачем-то поместили в их род. Но от чего же ей так горько? Она прижала амулет к груди и заплакала. Динара, стоявшая под дверью своей госпожи, тяжело вздохнула, а затем пошла делать свою работу.

Дима же, переведя дух, отправился в кабинет, ему предстояло сделать много работы.

Несмотря на то, что он не внес существенного вклад в победу над культистами, а также графом Лисиным и бароном Викентьевым, Линдерман глубоко проникся к нему симпатией, как и ко всему семейству Пылаевых.

Линдерман даже решил переехать в Братск. Он сильно переживал из-за потери Константина Пылаева, а также старого друга Степана Медведева. Даже решил таким своим решением отдать им долг чести, а именно проследить, чтобы последняя воля Константина Пылаева была исполнена.