Злобин же стал поближе к Лисину.

— Слушай, в принципе, не поздно ещё поменять сторону. Мы с Костей можем тебя поддержать. И сегодняшний бой ты переживешь, — Злобин говорил спокойно, холодно, расчетливо. Явно давил на нервы Лисина.

— Опасно это, объединяться с вами, Роман Михайлович, — произнес Лисин. Он был совершенно спокоен, не суетился. Не то, что Викентьев в своё время. — Вы же видели, что стало с бароном Викентьевым. Боюсь, как бы меня такая же участь не постигла в будущем. Что же касаемо того, что произойдет сейчас, я не думаю, что культисты пришли меня убивать. И даже если это так, вряд ли они смогут это сделать. Я сюда пришел не с голыми руками. — Лисин был очень самоуверен. Вот только, зная его, пускай знакомы мы мало, но скажу точно, блефовать он умел.

— Ты умеешь делать хорошую мину при плохой игре, — не сдавался Злобин. — Но твоя игра разобьется после того, как тот мальчик с пылающим взором подойдет и озвучит свои требования. И я знаю, что он потребует. Так что подумай. Я пока что никуда не ухожу, и моё предложение в силе. А дальше зависит от тебя, что ты выберешь — жизнь или смерть.

— Ну, разве что вы решите помочь культистам меня добить? — криво усмехнулся Лисин.

— Попридержал бы ты свой язык, сопляк, — недобро произнёс Злобин. Лисин дернулся, как от пощечины. Посмотрел на Романа Михайловича в упор. — А чего ты хотел? С будущим трупом особо не миндальничают. И если еще раз подобное скажешь, я сам тебя убью прямо здесь. Всё, Костя, мне этот фарс надоел. Уходим.

— Роман Михайлович, — прочистила я горло, — всё-таки, какой бы Лисин не был, он вряд ли на стороне этой братии. И каждый аристократ, какая бы вражда между нами не была, это один из щитов на пути культистов.

— А ты же не знаешь, да? — хохотнул Злобин. — Они ведь с культистами объединились. Решили, что культисты хорошие союзники в войне. Они и на меня тварей напустили и на тебя. Это ж Лисина была идея. Готов спорить, ведь так? — он поглядел на графа в упор. — Сам это придумал? Или тебя Дибров надоумил? Пойми, Костя, они не наши союзники. Такие же ренегаты. И либо они сдохнут на жертвенных камнях и откроют новые червоточины, либо присоединятся к этим и будут так же простых людей резать. Нет, ни к Викентьеву, ни к Лисину у меня нет никакой жалости. А ты разборчивее бы был в выборе союзников. Они на тебя тварей пускают, а ты с ними в игры играешь.

Здесь я промолчал, всё-таки вопрос был спорный. Я ведь и сам воспользовался ловушкой Викентьева, создав ему куда большую проблему, чем он хотел создать мне. Но, тем не менее, Злобин был во многом прав.