Мы втроем вошли в гостиную. Мне приходилось держать руки на груди, чтобы блузка не расползлась самым неприличным образом.
В комнате был только один человек. Мужчина, который всегда курил сигары. Мужчина, которого давно никто не видел. Мужчина, для которого не существовало ничего, кроме семьи. Мужчина, появление которого дало ответы на все вопросы. Вот почему на местах убийств находили метки Гонсалеса. Вот почему Карлос мертв.
Все просто. Они давние враги.
– Ты? – не сдержавшись, выпалил Адам. Мужчина повернулся, обнажив ряд ровных зубов в обворожительной улыбке.
Он явно любил эффектные появления. Перед нами стоял тот, кто год назад отошел от дел, оставил весь свой бизнес наследнику. Роберт Гонсалес. Отец Тайфуна.
Эпилог
Стояла знойная жара, от которой плавилось все вокруг. И не важно, что небо уже потемнело, усыпавшись миллиардами звезд. Казалось, даже воздух стал осязаемым, видимым. Белое платье Лолы развевалось от горячего ветра, она постоянно поправляла волосы, изредка кидая взгляды в мою сторону.
Не думал, что я размякну и стану таким придурком. Жизнь умела шутить, да. Я в этом не сомневался.
Прошло не так много времени с момента, когда Лола стала моей женой, не так много времени с момента, когда мне пришлось играть в мертвеца. Но почему-то этот короткий промежуток времени изменил то, что не смогли изменить все прожитые до этого годы.
Не знаю, зачем я привел ее на этот пляж. На тот, где однажды она уже чуть не рассталась с жизнью. Здесь было красиво, пусть я никогда и не любил море и никогда не думал, что могу мерить все таким образом.
– Так и зачем ты вытащил меня из-под прохлады дома?
Я снова ощутил себя идиотом. Но я еще помнил ее слова, с которыми она бросалась на меня в коридоре. Помнил каждое проклятое слово, отравляющее, как яд.
Я не ответил, остановился напротив нее.
– Что ты знаешь о клятвах на крови?
Лола удивленно вздернула брови, сложила руки на груди.
– Даже не надейся, я не буду себя резать из-за тупых предубеждений.
Я усмехнулся, покачав головой.
– Я и не прошу тебя об этом. Ты сказала, что я бросил тебя, ушел, хотя обещал, что этого не будет, что с тобой ничего не произойдет. Это обещание в силе, Лола. И сейчас моя решимость даже сильнее, чем прежде, – припечатал я, достал из кармана брюк маленький складной нож. Девушка выпучила глаза, наблюдая за моими действиями.
– Не надо, Лукас, – выпалила она. Я нашел ее взгляд, легко улыбнулся.
– Клятва на крови – нерушимый обет. То, что нельзя отменить, забыть и не сделать. Либо ты выполняешь обещание, данное на крови, либо умираешь. Мне не особо хочется умирать еще раз, но я все равно сделаю это, чтобы ты знала, что мои слова не пустой звук, – проговорил я, рассматривая заблестевшие голубые глаза. Ночь точно ее время. Она выглядела красивой в белом сарафане, без пафоса и мнимой роскоши.