— Дочь… — папа покачал головой. — Знаешь, когда-то я тоже был молодым и глупым. Поверь, женился на твоей матери по любви, хотя мне прочили совсем другую партию. Куда более выгодную роду. Но я настоял на своём выборе, меня сводила с ума яркая взбалмошная Синтия. Несколько лет мы даже были счастливы. Но потом новизна пропала. А чувства… они просто потухли. Моя яркая ведьмочка превратилась в обычную чопорную леди с миллионом предрассудков. Я возвращался после тяжёлого дня, а меня встречали упрёками. Глупыми обвинениями. Бесконечной ревностью.
— И ты просто перестал приходить вечерами домой, — бросила с горечью.
— Я шёл туда, где мне было хорошо и комфортно.
— Почему же не развёлся с мамой? — спросила я. — Женился бы на той, с которой проводил ночи.
— Зачем? — спросил с усмешкой. — Чтобы всё повторилось? Нет, Тейра. Меня и так всё устраивает.
— А маму тебе не жалко?
— Думаешь, я не знаю про всех её любовников?
Я отвернулась. Мне была противна эта тема. Вот только я сама её подняла. Сама спросила. Но продолжать дальше совсем не хотелось.
— В том мире, Эдгар и Синтия очень любят друг друга, — сказала, сглотнув. — И детей своих любят. У них не так много денег, но зато есть настоящая семья. И знаешь, в их квартирке мне было намного уютнее, чем в нашем особняке. А ведь они — ваши отражения. Твоё и мамино.
Он ничего не сказал. Некоторое время просто стоял на месте, глядя в сторону, а потом и вовсе направился к двери.
— Обеспечьте Миранде такую защиту, которую не пробьёт ничего, — сказал он, обернувшись к Эйверу. — Сейчас от её жизни зависит слишком многое. Если с ней что-то случится, нас всех на самом деле ждёт самая настоящая смута. И ещё…
Он медленно покачал головой.
— Народ королевства не примет мага у власти. И королеву-марионетку тоже. Если Миранда войдёт во дворец с Кротом, то можете сразу ждать новую революцию. Или даже гражданскую войну. Резкие перемены возможны только при наличии у правителя достаточной силы заткнуть всех недовольных. А у нашей принцессы её нет.
И, договорив, вышел за дверь и скрылся в ночи.
Глава 36
Эйвер
— Трындец, — сказал Гердер, устало проведя ладонью по лицу.
И больше ничего говорить не спешил. Зато выражение лица явно намекало на полную растерянность. Именно такой оказалась его реакция на слова генерала, которые я передал ему как можно подробнее. Для этого пришлось прямо среди ночи срываться из лаборатории, искать вход в туннели и возвращаться в подземный город. Тейра отправилась со мной, но она собиралась побеседовать с принцессой. Нам обоим не было известно, понимают ли наша будущая королева и её будущий советник всю сложность ситуации. Всё же лорд Соун был прав, назвав нас детьми. По сравнению с ним и его опытом в политике мы все вместе взятые оставались беспомощными младенцами.