— Но эти два аспекта противоречат друг другу! Я просто могу не успеть! — выпалила, едва сдерживая собственные эмоции.
— Судя по вашим доводам, вы девушка способная. Захотите — успеете. А пока вас проводят в камеру. Заседание окончено.
Он посмотрел на меня с холодным триумфом человека, который не сомневается в собственной победе. После чего поднялся и вышел через боковую дверь. Меня же всё-таки взяли под руки и повели к выходу из зала. Я растерянно смотрела на собравшихся тут людей, искала взглядом Эйвера. Но его не было. Как и Лиара, как и Миранды. Они просто не пришли.
— Тей! — крикнула Синтия, пытаясь прорваться ко мне, Эдгар едва сумел её удержать.
Сердце сжалось от сожаления. Эти люди так переживают. Нужно было всё-таки сказать им, что я не их дочь. Тогда сейчас этой доброй женщине не было бы так горько. Возможно, и её самой бы тут не было.
Но вывести из зала меня не успели. Дорогу полицейским вдруг перегородили два гвардейца в белоснежных мундирах и один из них громко заявил:
— Мисс Тейре Соун приказано незамедлительно явиться на личную аудиенцию к его величеству.
Но мои конвоиры не спешили подчиняться.
— Это что, шутка такая? — сказал толстяк с щетиной. — Какое дело нашему королю до какой-то там ведьмы?
— Вы считаете себя в праве противиться приказам его величества? — спросил у него второй гвардеец.
И полицейский стушевался. Отпустил меня и демонстративно отошёл назад, показывая тем самым, что не собирался чинить препятствий.
— Мисс Соун, идёмте с нами, — в этот раз гвардеец обратился ко мне. И, указав на дверь, вышел первым.
Я же лишь сейчас окончательно осознала происходящее. Аудиенция у короля? Но ведь это значит, что Эйвер всё же добился встречи. Ведь никак иначе его величество обо мне просто бы не узнал.
В душе поднялась волна благодарности и тепла, и так захотелось обнять Эйва. Ведь не бросил, сделал ради меня невозможное!
Вот только не стоит забывать, что аудиенция — ещё не победа. Это всего лишь шанс. Но уж его-то я ни за что не упущу.
Глава 17
Эйвер
За заветной дверью обнаружилась большая светлая комната со множеством высоких окон. Обстановка была не такой вычурной, как в других помещениях дворца, и даже показалась мне уютной. Одну стену полностью занимали стеллажи с книгами, на второй висела огромная карта страны со множеством отметок и подписей. Ближе к окнам в углу располагались два письменных стола: один чуть больше, второй поменьше, а в самом центре стояли два кресла, чайный столик и шикарный диван. Вот именно на нём сейчас расслабленно лежал тот, кого я всю жизнь считал троюродным братом.