Я на мгновение высунулся проверить обстановку и чуть не попал под удар, однако главное сделать успел — определил направление, с которого по мне так профессионально стреляли.

Кувырок вперед, еще два выстрела — и я обнаружил противника. Им оказался неприметный старичок, который с потерянным видом сидел в бюджетном седане. Явно не желая привлекать к себе внимание, он приоткрыл окно автомобиля, стрелял из пистолета с отличным глушителем и вроде как даже не смотрел в мою сторону. Что любопытно, ощущение опасности у меня появлялось лишь во время самих выстрелов, а до и после этих моментов я ничего подозрительного не ощущал.

«Так вот каков тот шпион, который так филигранно вел меня из поместья!» — понял я и, напитав тело духовной энергией, рванул вперед.

Ожидаемо, что старик, как мастер диверсионных действий, а не боевых, не был готов к такой прыти. Поэтому он не успел среагировать, когда я подскочил к автомобилю, выхватил его оружие, затем вытащил его самого и очень осторожно ударил его по затылку. Мгновение — и бесчувственное тело валится на асфальт.

— Герман! Ко мне, быстро! Я в переулке! Взял языка! — вызвонил я начальника службы безопасности.

Синичкин с несколькими жандармами и инквизиторами оперативно прибыл на место, и последние занялись пленным. С ходу вкололи ему какое-то средство, открыли рот и вырвали пару зубов, а затем сковали руки и ноги.

— Не переживайте, ваша светлость, — сказал один из них и зло посмотрел на демонолюба. — Мы умеем работать с этим мусором. Он у нас все скажет!

— Как у нас дела? — спросил я, когда мы с Германом Артемовичем остались наедине. — Потери? Кортеж?

— Кортеж ушел. А вот потерь много — двадцать три человека.

Я выругался и уточнил:

— Почему столько?

— Да сильные твари попались, — поморщился Синичкин. — Особенно та, что с огненным даром.

— Хорошо, что эту мразь завалили, — зло произнес я. — Стольких ребят потеряли!

— Вообще-то нет, — покачал головой мрачный Синичкин. — Она пропалила несколько метров земли под собой и ушла через какой-то подземный ход.

Дед Тарас вернулся домой изрядно навеселе.

— А! Приперся, ирод⁈ — уперев руки в боки, воскликнула Марыся, недовольно глядя на него. — Ну что? Хорошо погулял? Чарку тебе налили, а ты и рад⁈

— Чего ругаешься? — удивленно выпучил глаза старик. — Сама ж сказала, чтобы я пошел и Федоровне кабана разделал! А как такое дело и ста граммами да не обмыть⁈

— Да тут все двести! — еще больше нахмурилась жена.

— Зато свежины тебе принес! — гордо выпрямился дед Тарас и протянул довольно внушительную авоську.

Взгляд Марыси при виде такого подарка тут же потеплел. Муж знал, как ее быстро успокоить.