— Ничего страшного! — перебила она, захлопнув книгу. — По статистике, средний возраст первого раза в России — 17,2 года. Мы просто соответствуем норме. Нечего переживать.

Я поморщился. Не успел придумать ответ, как заметил в ее глазах исследовательский интерес:

— Сейчас больше внимания заслуживаешь именно ты, подопытный номер три.

— Я?

— Именно. Ты теперь школьная знаменитость. Даже я, обычно не интересующаяся сплетнями, слышала про «Перельмана-в-Квадрате», — она сделала паузу. — Многие, внезапно получив славу, теряют себя. Прекрасный материал для исследований.

— Не думаю, что эта ситуация как-то повлияла на мое мировоззрение. — Я не лукавил — после ярких жизней в симуляциях победа в олимпиаде казалась мелочью.

— Действительно отличаешься от обычных людей. — Она пристально посмотрела на меня. — Какой-то особый опыт?

Я пожал плечами. Раз Рина ведет себя как ни в чем не бывало, можно отложить этот разговор:

— Слушай, сегодня других дел нет? Я бы хотел уйти пораньше.

Вместо ответа она протянула мне швабру.

— Опять уборка…

— Чистота кабинета — необходимость.

Ладно, тайная комната убийцы подождет. Я вздохнул, берясь за швабру.

В коридоре по пути к подсобке мы столкнулись с группой девушек. Увидев меня, те зашушукались:

— Ого, это же Воронцов, математический гений!

Я вежливо улыбнулся и помахал рукой. Девушки зарделись.

— Похоже, тебе нравятся несовершеннолетние, — негромко заметила Рина.

— Эй, поосторожнее с такими заявлениями! Я не хочу за решетку.

— Хм… — Она только усмехнулась, направляясь к подсобке.

Что-то странное в том, как она обращается… Я нахмурился.

— Госпожа президент, — протянул я с ухмылкой, нагоняя ее, — а это, случайно, не ревность говорит в вас?

Перепалка продолжалась во время уборки. Я демонстративно медленно водил шваброй, вызывая недовольные взгляды Рины. Она уже открыла рот для очередного язвительного замечания, когда вернулись Ира с Юлей, нагруженные пакетами со сладостями.

— О, а вот и наш бог математики машет шваброй, — хихикнула Ира, выкладывая покупки на стол. — Прямо как простой смертный.

— Физический труд полезен для развития личности, — невозмутимо заметила Рина, придирчиво осматривая результаты уборки. — Хотя некоторым и он не поможет.

— Так, ладно. — Я оперся на швабру. — Думаю, на сегодня хватит экспериментов над личностью подопытного номер три.

Рина окинула кабинет последним внимательным взглядом и едва заметно кивнула:

— Можете быть свободны. И да, Саш… — Она сделала паузу. — Не забудь завтра прийти пораньше. Нужно будет протереть окна.

— Что, теперь даже боги математики должны драить окна? — усмехнулся я, собирая вещи.